Вся его поникшая фигура выражала великую скорбь. Девушки переглянулись и пошли следом. Хозяин их не замечал. Войдя в дом, он плеснул себе в стакан золотистой жидкости, в которой девушки признали коньяк, и выпил ее одним духом. Это придало ему сил налить себе порцию побольше и переместиться с ней на диван. Цвет его лица немного улучшился.
— Ладно уж, — сказал художник спустя несколько минут. — Работа сегодня все равно полетела ко всем чертям. Можете радоваться, ваш пес вывел меня из рабочего состояния. Так что задавайте свои вопросы.
Но сперва ответьте мне, что вами движет?
— Желание найти человека или людей, которые убили Вольфа, — ответила Кэт.
— А с чего вы взяли, что его именно убили? — спросил у нее художник. — Моя Кора наткнулась на его тело. А потом полиция откопала его целиком. Но я не заметил на нем никаких внешних повреждений. Ни крови, ничего такого.
— Если бы Вольф умер естественной смертью, то зачем было кому-то закапывать его в землю, да еще класть дохлого попугая? — спросила в ответ Мариша.
— Вообще-то на это дело можно посмотреть и под таким углом, — пробормотал художник. — Но мысль о том, что моего соседа кто-то убил, так ужасна, что надолго выведет меня из рабочего состояния. Так что я предпочел бы думать, что с Вольфом случился несчастный случай.
— Очень удобная позиция, — ехидно произнесла в ответ Мариша.
— Поймите, у меня на носу большая выставка. А тут это убийство! Я совершенно не могу работать! Меня все время дергают. То полиция, то журналисты, теперь вот вы с вашим кобелем пожаловали.
Сплошная нервотрепка!
И художник совершенно откровенно поник головой. Видимо, воспоминания о последней выпавшей на его долю неприятности вконец его доконали. Он поднялся с дивана, плеснул себе еще порцию коньяка и, вспомнив о правилах хорошего тона, предложил наконец и подругам чего-нибудь выпить. Сделал он это тоже своеобразно.
— Присоединяйтесь! — сделав пригласительный жест рукой, сказал он. — Наливайте себе сами что хотите! Я не в состоянии за вами еще и ухаживать.
— Кажется, я понимаю, почему он живет тут один со своей собакой, — шепнула Мариша на ухо Юльке. — Типа с таким невыносимым характером не выдержали бы ни одни соседи. Они бы его уже давно прибили.
— Так, а что насчет Вольфа? — спросила у художника Кэт. — Мы слышали, что к нему приезжали какие-то люди. И вы их видели.
— Да, — кивнул художник. — Но я уже все рассказал полиции.
— Расскажите теперь нам, — попросила его Кэт.
— А что рассказывать-то? — спросил художник.
