Каждая пара глаз в павильоне разглядывала меня, ожидая признаков малейшей слабости. Отец пришел бы в ярость, позволь я своему ужасу вылезти на поверхность, а Семья Луки использовала бы это против нас. Но я выросла в мире, где идеальная маска была единственной предоставляемой женщинам защитой, и лично для меня не составляло труда надеть маску равнодушия. Никто не узнал бы, как сильно я хотела сбежать. Никто, кроме Луки. Я не могла скрыть это от него, сколько ни пыталась. Тело не переставало трястись. Когда мой взгляд встретился с взглядом холодных серых глаз, я могла сказать, что он знал.
Как часто он вселял страх в окружающих? Так что распознать эту эмоцию в других для него было привычным делом.
Он наклонился, преодолевая десять дюймов, на которые возвышался надо мной. На его лице не было никаких признаков неуверенности, страха или сомнения. Мои губы дрожали около его рта, когда глаза Луки впились в меня. Их сообщение было ясным: «Ты - моя».
ГЛАВА 1
За три года до этого
Я свернулась калачиком на шезлонге в нашей библиотеке и читала, когда раздался стук.
Голова Лилианы покоилась у меня на коленях, и она даже не шелохнулась, когда темная деревянная дверь открылась и вошла наша мать. Ее русые волосы были стянуты на затылке в пучок, а на бледном лице отражалось беспокойство.
— Что-то случилось? — спросила я.
Она улыбнулась, но улыбка была фальшивой.
— Отец хочет поговорить с тобой в своем кабинете.
Я осторожно приподняла голову Лили, выбралась из-под нее и устроила сестру на шезлонге.
Она прижала ноги к своему телу. Сестренка была меньше типичной одиннадцатилетней девочки, но и я не могла похвалиться ростом со своими пятью футами и четырьмя дюймами1. Впрочем, как все женщины в нашей семье. Мать старалась не встречаться со мной взглядом, пока я шла к ней.
— У меня проблемы? — Я не понимала, что могла сделать неправильно. Обычно мы с Лили были послушными; это Джианна всегда нарушала правила и подвергалась наказаниям.
— Поторопись. Не заставляй отца ждать, — просто сказала мать.
Мой желудок завязался в узел, когда я остановилась перед кабинетом отца. Подождав мгновение, чтобы избавиться от нервозности, я постучалась.
— Входи.
Я вошла, пытаясь не показывать волнения. Отец сидел за столом из красного дерева в широком черном кожаном кресле; позади него располагались полки из красного дерева, заполненные книгами, которые отец никогда не читал, но они скрывали секретный вход в подвал и коридор, ведущий из дома.
