Давай так договоримся: ты поешь, и я сразу впущу Снежка. Хорошо?
Агата несчастно посмотрела в сторону окна, где её Снежок с сердитым видом маршировал по подоконнику, как нахохлившийся воробей.
— Холошо.
Пока Бриана и новенькая горничная (та, которая любит посплетничать. Ронда, кажется), накрыли на стол, мы с Агатой переоделись в более свободные платья. До сих пор не могу привыкнуть, что выходить из покоев у местных дворян принято только при полном параде! Даже спуститься на кухню, чтобы попить молока, как мы с Агатулей часто любили это делать дома перед сном — моветон.
Всё сделает Бриана!
Когда всё было готово, я села спиной к окну. Слишком уж выразительно смотрел дракончик, прилипнув всем своим маленьким туловищем к стеклу!
Агата ела очень быстро, постоянно оборачиваясь на своего друга. Даже невероятный кусочек тортика почти весь проглотила, ни разу не улыбнувшись от сладкого чуда. А там было чему восхититься! Знакомые ягоды клубники и голубики лежали сверху на чизкейке, который своей структурой в разрезе представлял что-то совсем уж фантастическое.
По крайней мере моё воображение в цветных фиолетово-голубых мазках творожного суфле узнало целое море!
Ребёнка же сладкий шедевр совсем не радовал.
Мне стало стыдно за свою слабость. Ревность губительна во всех своих формах! Еле дотерпела до конца ужина.
Как только с ним было покончено, как и обещала, открыла окошко.
Снежок ворвался в комнату, как ураган. Бросился к Агате, тыкаясь носиком во все части тела, что-то ворковал, что могла понять только моя внучка, благодаря установленной связи.
Малышка с облегчением улыбалась, поглаживая белого дракончика по его блестящей чешуе…
А потом Снежок вдруг бросился к нашим тарелкам, шипя, как змея.
Ронда перепугалась вместе с Брианой. Но зря. Снежок всего лишь решил доесть остатки тортика.
— Вот тебе и питается одной магией, — хмыкнула я. — Идём купаться, Агатик. Пусть покушает… Завтра приедет тётя Лиля. Она нам подробнее расскажет, что нужно делать, чтобы твой друг чувствовал себя хорошо.
— Ему со мной холошо, бабушка. А без меня — плохо. Не выгоняй больше Снежка… пожалуйста…
— Больше не буду, — клятвенно заверила малышку. — Прости меня.
Агата преданно прижалась ко мне, устало вздыхая.
Я поцеловала её в лоб… и нахмурилась, резко отстраняясь.
— Что-то ты какая-то горячая. Солнышко, у тебя ничего не болит?
— Лоб болит, — Агата прислонилась к моему плечу, тяжело дыша.
