Сын Ярослава Андреевича Громова определенно мне знаком. Такое впечатление, что мы с ним знаем друг друга уже очень давно, но я не могу вспомнить — откуда.
Вся моя жизнь в этом мире делится всего на три этапа. Пробуждение в теле Павла Булгакова и побег от убийц, затем выживание в трущобах и начало работы в императорской клинике.
Всё. И я сомневаюсь, что этот человек встречался мне во время этих периодов. Скорее всего, у меня всплыли воспоминания прежнего Булгакова. Старые, скомканные, едва различимые.
Память от предшественника мне досталась не целиком.
Половину я смог усвоить сразу, а другая то ли рассеялась, то ли оказалась заперта где-то в глубинах моего мозга. Видимо, старший сын Ярослава Громова был знаком с прежним Павлом.
И это — проблема. Я ведь понятия не имею, какие взаимоотношения были между ними. Друзья они или враги? Может, вообще пересекались всего один раз. Но сказать прямо, что я его не помню — не вариант. Дворяне — народ обидчивый. Он может воспринять это как личное оскорбление.
До этого момент я с такими проблемами не сталкивался. Мне вообще казалось, что мой предшественник ни с кем особо не был знаком.
Семья Булгаковых держалась особняком в дворянском обществе. Возможно, именно поэтому никто и не пришёл им на помощь. Хотя несколько фамилий я всё же знаю. Были у моего отца хорошие знакомые. Две семьи. Но и они отвернулись от нас с Кириллом, когда случилась беда.
Только фамилии Громовых в этом списке не было. Александр и его отец никакого отношения к моей семье не имеют…
Стоп.
Александр? Откуда всплыло это имя? Неужто мне и вправду удалось что-то вспомнить?
Ой, да плевать! Чем дольше я молчу, тем более подозрительным это выглядит. Буду импровизировать!
— Александр Ярославович! — улыбнулся я и ответил на рукопожатие Громова. — Вот уж действительно давно не виделись. А я и не ожидал, что встречу вас на территории императорского двора!
— Это странно, — усмехнулся он. — Рано тебе стареть, друг. Видимо, совсем заработался. Других Громовых в Санкт-Петербурге больше нет.
Перешёл на «ты». Другом назвал. Это сильно усложняет задачу. Значит, Александр с прежним Павлом и вправду близко общались. Нужно постараться вытащить из него как можно больше информации. Пока что я скован одним лишь знанием имени. Хоть это радует! Если бы имя не отгадал, неизвестно, как бы клеился дальнейший разговор.
— Пойдём, отец уже ждёт, — позвал меня Александр, и мы вместе прошли во дворец.
Разумеется, не через главный вход.
