Или нет?
— Ну и каким образом, солнце мое, ты собираешь провернуть это воскрешение года? — Он откидывается на спинку дивана, как нарочно садясь именно под таким углом, чтобы тени сделали его лицо еще более резкими. И чертовски красивым.
Хорошо, что это далеко не первый красавчик в моей жизни и в моем организме уже выработался иммунитет. Хотя против Лекса, нужно признать, приходится активизировать все силы.
Мне срочно нужны несколько сеансов у психолога — это ненормально, что меня тянет пускать слюни на мужика, который то посылает меня, то обзывается, а то и вовсе набрасывается как на продажную шлюшку.
— Я возглавлю «Гринтек» и приведу все в порядок.
Глава восьмая: Вика
На пару секунд лицо Лекса превращается в каменную маску.
Приходится пару раз моргнуть, чтобы убедиться, что это действительно он, а не подсунутый Дэвидом Копперфильдом манекен."
"Потом я замечаю, как едва заметно дергается уголок его рта. Еще и еще, как будто Лекс из последних сих пытается удержать во рту непоседливую лягушку.
А потом он просто взрывается от смеха. Так громко, что я даже не слышу шаги официантки, которая приносит наш заказ. Она смотрит на меня во все глаза.
Вот черт!
Я пытаюсь как-то закрыться волосами, но у нее было достаточно времени меня рассмотреть. Я пытаюсь сказать Лексу, чтобы он выставил ее вон, но того словно поразил ржущий припадок — он смеется и смеется без остановки, а мне остается просто сидеть и ждать, когда этот придурок придет в себя.
Минут пять, если не больше.
Только когда он успокаивается и кое как запивает смех виски, я трясущимися от злости руками тянусь к своему соку.
Он тут просто безобразный на вкус, морковно-апельсиновый и густой — невозможно же пить. Еще и внутри плавают кусочки мякоти и маленькие капсулы апельсина, которые хрустят на зубах.
А еще называются элитным заведением.
Да я в любой забегаловке получу аналогичную дрянь, но ценник за нее будет раз в десять меньше.
— Ты уже успокоился или мне еще подождать? — нарушаю тишину, пока Лекс почти в один присест приговаривает сразу половину порции в своем стакане.
— Прости, солнце, но к такому меня жизнь не готовила, — продолжая давиться отголосками смеха, говорит Лекс, и снова невыносимо издевательски ржет. — Слушай, в следующий раз сразу начинай с анекдотов — у меня хоть настроение появилось.
Он делает вид, что вытирает слезы, и снова прыскает от смеха.
Именно в эту минуту моя ненависть к Марату достигает своего пика. Дальше уже некуда.
