— Никакого нытья и перекусов. Буду питаться отгрызенными кусками гранита науки.
Хасский тяжело вздыхает, но все-таки соглашается и обещает приехать к девяти — раньше не соглашается хоть ты тресни."
"Но это уже и так очень много.
Чтобы убить время и отвлечься, иду на пробежку — здесь рядом старая школа, в которой из трех корпусов работает только один, потому что остальные в аварийном состоянии. Но стадион все равно есть, хоть большая часть его основательно заросла сорняками и травой. Сто лет не бегала в таких спартанских условиях, но музыка в наушниках и хорошие кроссовки немного сглаживают неприятные удары в пятки колючего разбитого асфальта.
Бегаю примерно час — я давно такое практикую, чаще в зале на дорожке, но сейчас приходится довольствоваться чем есть. Зато, оказывается, на свежем воздухе намного лучше думать. За это время успеваю набросать примерный мысленный план своего «обучения» и вопросы, которые нужно обязательно задать Хасскому по организации рабочего процесса и что я имею право делать на своей должности.
Интересно, когда можно позвонить Диане, чтобы уточнить дату первой партии моих многострадальных тапуль? Рука так и тянется сделать это прямо сейчас, но прошла всего пара дней, наверное, они только запустили станки и наладили производство. Мы договаривались, что она сама перезвонит мне как только фабрика отошьет первую пары — на всякий случай, для полного согласования. И после этого звонка я планировала запускать предзаказ. На все про все уйдет еще дней семь-десять? Нужно продержаться хотя бы этот срок, а потом мои финансовые дела пойдут на лад: отдам долг Ане, вложу денег в еще одну партию, найму, наконец, хороших ребят для разработки сайта магазина собственного мерча и, главное — съеду из этой ужасной коробки с гнилыми трубами в нормальную квартиру с видом на парк!
Хасский приезжает точно в назначенное время — он всегда такой пунктуальный, что по нему будильник сверять можно.
Человек-секундомер какой-то. К его приеду я успеваю залить большой заварник чая с лимоном и соорудить что-то типа нарезки из всего, что нахожу в холодильнике.
— Вика, прежде чем мы начнем, — он поправляет очки, но те снова сползают на кончик его длинного тонкого носа, — хочу еще раз спросить — ты ведь понимаешь, что поставленную тобой задачу решить… нереально?
— Понимаю-понимаю, — приговариваю, заталкиваю в рот дешевый соленый крекер, разливаю чай по чашкам и, вооружившись блокнотом и ручкой, вопросительно жду начала «лекции».
