Как только пришла в себя, Джулиана мягко высвободилась из его объятий, натянула одеяло себе на плечи и начала свое путешествие по его нагому телу.
– Что ты задумала? – забеспокоился Рис в предвкушении.
– А как ты думаешь?
Она гладила и целовала его плечи и грудь, полизала плоские соски, слегка царапнула мускулистый живот, провела языком по полоске жестких кудрявых волос, спускавшейся к зарослям между ног.
– Ты даже не представляешь, как я хотела попробовать тебя на вкус, когда вынуждена смотреть на твою грудь, – хрипло проговорила Джулиана, и от этого признания по его телу побежали мурашки.
Он судорожно вздохнул, но остановить ее не было сил. Интересно, как далеко она готова зайти? В конце концов любопытство и напряжение в чреслах взяли верх, и Рис откинулся на одеяла, позволив влажным губам Джулианы блуждать по животу. Он почувствовал ее неуверенность, когда она добралась до вздыбленной плоти. Уперевшись ладонями в его бедра, она коснулась губами головки и он дернулся.
– Джулиана, ты не должна…
Что бы он ни собирался сказать, слова застряли в горле, когда ее горячие губы сомкнулись вокруг него, и язык принялся ласкать чувствительную плоть. О боже! Она повторяет то, что он делал с ней! Черт побери, как она быстро учится.
Он шарил под одеялом, твердо вознамерившись подтянуть ее вверх, прекратить эти сладкие муки, но она начала его сосать и руки Риса беспомощно упали.
– О боже! – простонал он хрипло и едва ли не физически ощутил ее победоносную улыбку около бедра.
– Надо полагать, тебе это понравилось?
Рис сумел лишь выдавить нечленораздельное мычание. Он лежал зажмурившись, и бедра его выгибались всякий раз, как ее губы скользили вверх-вниз, потом сжимали головку. Это была настоящая сладкая пытка. Ни одна из его самых смелых фантазий и близко не была на это похожа. Она выпускала его изо рта и снова лизала головку, потом лишь чуть посасывала, постепенно вбирая его в рот все глубже и глубже, доводя его до безумия.
Бедра его содрогались, пальцы лихорадочно теребили ее длинные шелковистые волосы.
– Джулиана, богиня Джулиана!..
Он не может на это пойти, не может сломать ей жизнь. Только не после того, как причинил ей столько душевных страданий. Это будет подло по отношению к ней и нечестно по отношению к Мердоку.
Он позволил ей ласкать его до тех пор, пока не оказался на самой грани.
