Художественные завитки образовывали плотный узор, не оставляя никакой надежды на то, что взрослый человек протиснется через прутья. Лишь в одном месте зазор между ними оказался достаточно широким для того, чтобы один не в меру любопытный Кузнечик смог выбраться наружу.
Окликнуть Егора я боялась, уж больно подозрительной была женщина, крепко державшая в своей руке детскую ладошку. Даже со своего места я могла видеть, что её движения были резкие и нервные.
Бросив злой взгляд на острые пики, венчавшие этот злосчастный забор, я кинулась обратно через кусты.
Наверное, ещё ни разу в жизни я не бегала так быстро."
"— В полицию звони, — проорала я воспитательнице, проносясь мимо неё.
С физической подготовкой у меня всё было хорошо… в условиях сидячего образа жизни, редких прогулок по улице и наличия автомобиля. А вот моя готовность к погоне равнялась нулю, лёгкие начали гореть огнём буквально через минуту, но я всё равно продолжала бежать, ловко перепрыгнув через турникет и прохрипев охраннику:
— У вас ребёнка похитили.
И пока этот сонный боров соображал, что, собственно, случилось, я покинула пределы детского центра «с беспрецедентными мерами безопасности», как обычно похеренными русским «авось».
Обогнув забор, добежала до того места, где в последний раз видела мальчика и его странную спутницу. Вокруг было безлюдно. Липкий ужас сковал моё горло, впрочем, я и без этого задыхалась, готовая рухнуть на землю прямо сейчас.
Бешено закрутила головой по сторонам.
Центр занимал обширную территорию, больше напоминая небольшой сквер неподалеку от сердца города. Вокруг было много других домов, улочек, которые будто бы расступались перед ним. Но сейчас, в жару во время ланча, народ предпочитал скрываться от полуденного зноя в зданиях с кондиционерами.
Наконец, за моей спиной послышались грузные шаги охранника. И прежде чем он успел открыть рот, я ткнула пальцем в сторону от себя:
— Идите туда, а я посмотрю там.
Не знаю, была ли это судьба, интуиция или просто слепая удача, но я умудрилась выбрать именно то направление, где на обочине под раскидистым деревом обнаружилась старая шестёрка белого цвета, возле которой стояли мужчина и женщина, о чём-то бурно спорившие.
Кузнечика я не увидела, а вот женщина… оказалась та самая — дёрганая.
Быстрым шагом направилась к ним, пытаясь нормализовать своё дыхание, что было совсем не просто — сердце буквально норовило выпрыгнуть из груди.
