Прыгнешь со стула без разрешения — тут тебе и конец…
Мазур вошел, громыхая и позвякивая.
Ну, уж эта-то обширная светлая комната с окнами во всю стену ничуть не напоминала аляповатые коридоры в псевдорусском стиле. Обычный паркет елочкой, кремовые обои в синий цветочек, посреди комнаты — большой стол старинного фасона, кресла с высокими спинками. В углу — высокая пальма в деревянной кадке. Приятная комната, самая обыкновенная — пожалуй, такая вполне могла оказаться в таежном дворце Прохора Громова…
Хозяин сидел за столом, он был в той же одежде, только без картуза, разместился в торце, должно быть, на почетном месте.
Мазур зачем-то быстренько сосчитал стулья — ровно дюжина. Но накрыто всего на четверых — причем два нетронутых прибора стоят в безукоризненном порядке по другую сторону стола, через три стула от хозяина. Ага, предусмотрительно оставил достаточно широкое пустое пространство меж собой и «гостями»…
Сбоку подскочила собака — здоровущая чепрачная овчарка, прямо-таки по пояс Мазуру, хотя он был не из коротышек.
Пес — это оказался кобель — не рычал и не скалил зубы, просто молча сопровождал идущих, двигаясь бесшумно и упруго, словно на пружинках. Повинуясь жесту хозяина, Мазур подошел к тому месту, где стояли чистые тарелки, окруженные серебряными вилками и ножами, отодвинул стул перед Ольгой, сел сам. Пес окинул его нехорошим взглядом янтарных хищных глаз, сел меж Мазуром и хозяином и следил за движениями гостя со спокойной готовностью. Выдрессирован прекрасно, отметил Мазур, шансов, пожалуй что, и нет — в случае чего моментально вцепится, а на шум охрана влетит… Ну и ладно, осмотримся пока…
Мазур с хозяином молча разглядывали друг друга.
Выяснилось, что хозяин уже начал лысеть, но лысина лишь обнажила огромный лоб, не затронув затылок. Взгляд цепкий, умный, пронзительный, но на донышке плещется темная водица…
По правую руку от новоявленного Громова помещалась личность странная и комическая. Блондин с длинными густыми бакенбардами, в костюме дореволюционного фасона и сбитом на затылок черном котелке, ткань не из дешевых — но брюки и пиджак заляпаны разноцветными пятнами, позволяющими точно определить, чем блондин завтракал сегодня, ужинал вчера и обедал позавчера.
Жилет залит подсохшим кетчупом и пахнет пивом, из нагрудного кармана торчит черная трубка (судя по всему, ее засунули в карман непогашенной, пиджак осыпан пеплом и в паре мест прожжен)."
"Такие вещи русский человек определяет с лету, даже не пройдя спецподготовки.
