Однако он успел сделать лишь три выстрела. Катер резко отвернул и двинул к берегу вслед за собратом. Мазур лишний раз убедился, что у Прохора нет профессионалов, его ребятки порой и умеют стрелять метко, но в душе остались накачанными охранничками коммерческих киосков, не склонными класть живот на алтарь… От прямого боя они всякий раз уклонялись, вот и сейчас сдрейфили, хотя обстановка требовала немедленного абордажа, пусть и с риском потерять половину народу…
— Ну ты даешь, — отозвался Пашка. — А дальше-то что, Наполеон?
— К берегу, — решительно сказал Мазур.
— Во-он там можно причалить?
— Да запросто.
— Давай. Карты есть?
— Только речная лоция. Дать?
— Не надо, — махнул рукой Мазур. — Ты вот что… Высадишь нас, пройди с милю и сам чеши в тайгу. Назад возвращайся бережком.
— Ну ни хрена! А буксир?
— Никуда он не денется, — сказал Мазур. — Заберешь потом. На меня вали, как на мертвого, разрешаю… Тебе под это ЧП все шалости спишутся. Понял? В тайге схоронись, на буксире не сиди…
— Да зачем?
— У них тут где-то вертолет есть, — сказал Мазур.
— Чего доброго, подожгут они тебя, не разбираясь…
«Таймень» ткнулся бортом в высокий берег. Подхватив сумку и ружье, Мазур перескочил, протянул руку Ольге. Пашка крикнул вслед:
— Семь футов под килем… хоть ты и мудак хренов! Ох, мудак!
Оскалясь, Мазур махнул ему, схватил Ольгу за руку и поволок подальше в тайгу. Они остановились в зарослях густого кустарника, тяжело дыша. Сквозь деревья видно было реку, и шум дизеля еще не утих вдали.
— Ну, и куда теперь? — пожала плечами Ольга.
— В Пижман, — сказал Мазур.
— А в какой он стороне?
— А хрен его знает. Главное, малыш, меж нами и Шантарском нету больше великой реки. Если и попадутся мелкие, не беда…
Глава третья
Живец с подстраховкой
Он не обманулся в нехитром прогнозе — вскоре появился вертолет, уверенно летевший вслед буксиру примерно метрах в трехстах над серединой реки. Знакомый вертолет — камовский, зелено-пятнистый, с бортовым номером, намертво впечатавшимся в память — 531.
Оба невольно пригнулись в кустарнике, вспомнив последнюю встречу с этим аппаратом тяжелее воздуха. Однако густая тайга по берегам стояла сплошной стеной, да и вертолет, не рыская, уверенно пер по прямой. Довольно скоро едва слышное гудение резко изменило тон, прямо-таки заметалось по небу — похоже, Пашка скрупулезно выполнил приказ: чтобы не связываться больше с чужими, явственно припахивающими смертью сложностями, причалил к берегу и драпанул в тайгу.
