— Какая у них рация?
— Только такая… — она повернула голову, показывая на портативку, отложенную Мазуром к пепельнице.
— Сколько их там?
— Не знаю… Несколько… (Он сделал вид, что готов ударить.) Ну, трое…
— На заимку стукнула?
— Не успела…
— Код!
Нина молчала.
— Ты понимаешь, что я сейчас с тобой сделаю?
Она чуть заметно кивнула.
— Ну так что ж ты мне тут Зою Космодемьянскую бездарно пародируешь, тварь? — почти ласково спросил Мазур, целясь ребром ладони на повязку. — Я ж с тебя шкуру начну драть полосочками… Ты кто? Полное имя, блядь?
— Юдичева, Нина Сергеевна… из Шантарска.
— Чем зарабатываешь?
— Служба безопасности «Синильги»…
— «Синильга» — это что, фирмочка господина Громова, Прохора Петровича?
— Да.
— Спортсменка?
— Да.
— Точнее?
— Пулевая стрельба и каратэ.
— Ого, — сказал Мазур, на всякий случай удвоив бдительность. — А что ж не пробуешь меня обидеть?
Она попыталась улыбнуться, но не вышло:
— Нет шансов…
— Что, наслышана обо мне малость?
— Малость.
— Покойный Федя тоже был «из оттуда»?
— Да.
Не спуская с нее глаз, Мазур свободной рукой нашарил на столе пачку, закурил сам и сунул ей сигарету в рот:
— Ты кого больше боишься, стерва? (Она молчала.) Давай решай побыстрее. Прохор побогаче денежками, пушками и возможностями, но я-то — ось туточки, а он — черт-те где… И некогда мне играть с тобой в психологию. Сейчас найду быстренько пару вилок, плоскогубцы паршивые, и запоешь ты у меня, что курский соловей…
Откровенно говоря, он заранее готовился к своему поражению в этой партии.
Можно изрезать ее на кусочки, но это еще не даст уверенности, что названные ею цифры — верный код. Тут, как пишут в объявлениях о продаже квартир, возможны варианты. Скажем, при наборе определенных цифр рация автоматически испустит короткий условный сигнал, извещая, что захвачена противником. Или взорвется к чертовой матери. Или просто погорят предохранители.
— Ну? — спросил он и тут же поднял голову.
С того берега донесся протяжный автомобильный гудок.
— Мать твою… — проворчал он. — Сядь на пол, сука! — И крикнул: — Оля!
Ольга появилась моментально — смешно, но вид у нее был самую малость разочарованный, словно ожидала увидеть здесь нечто среднее меж вовсю функционирующей камерой пыток и бойней.
— Держи, — Мазур передал ей пистолет. — Если начнет дергаться, влепи в затылок. Она тут хвалилась, что каратэ знает, так что сядь подальше, — передал ей стул. — И ушами не хлопай.
