С такими штуками Мазур сталкивался редко, но был о них наслышан. Замок надежнейший. Нет нужды в бронированных дверях, хитрых системах охраны и амбалах с суперсовременными автоматами — тот, кто не знает шифра, рацией воспользоваться ни за что не сможет. Иногда блокируют прием, иногда передачу — а то и все вместе… Зеленый глазок издевательски светится, питание подключено, а вот поди ж ты…
Вернулся в комнату. Взял у Ольги пистолет, бросил:"
"— Можно и снимать сковородку, не до гурманства… — и повернулся к Нине: — Встать.
Марш вперед.
Завел в комнату с рацией, кивнул в ту сторону:
— Код?
Нина присела на стул, похоже, не играла, и в самом деле малость обессилела от потери крови и шока. Шевельнула бледными губами:
— Я не знаю… Федя радист…
Мазур нагнулся над столом. Внимательно осмотрел наушники, даже поднес к носу, принюхался. Снял с черной пластмассы едва заметный волос — длинный, темный. Кивнул на пепельницу, где покоились несколько длинных окурков:
— Не бреши, инфузория-тапочка. Волос определенно твой.
И чинарики в твоей помаде. Ну?
— Не знаю…
Удар рукояткой, не столь уж сильный, пришелся по одной из повязок. Она передернулась, закатила глаза, стала сползать со стула. Мазур вовремя подхватил ее, схватил со стола красную одноразовую зажигалку и чиркнул, поднес огонек к подбородку. Не было ни времени, ни охоты вспоминать о гуманизме и различиях меж слабым и сильным полами. Перед ним был враг, и точка. Либо ты его, либо он тебя, других правил не имеется…
Нина резко отдернула голову, ее лицо исказилось:
— Козел сучий…
— Крыса, а тебе не кажется, что ты держишься чуточку иначе, чем следовало бы в такой вот ситуации простой паромщице? — спокойно спросил Мазур.
— Боишься, но ничуточки не удивляешься. Что скажешь? — И, не давая ей опомниться, резко поднес к самым ее глазам рацию-портативку: — Кому успела брякнуть? Ну? Кишки вырву, сука!
Он стрелял наугад — но угодил в десятку. Нина, инстинктивно отшатнувшись, быстро ответила:
— Я не знаю, где они…
— Точнее! — рявкнул Мазур.
— Как это?
— Они где-то меж нами и Шантарой… Палатку поставили…
— Засада на дороге? — нажимал Мазур, не давая ей времени ни опомниться, ни подумать, держа кулак в опасной близости от толстых повязок.
— Да…
— Под видом?
— Не знаю!
— Что ты им сказала?
— Что вы появились…
— А они что?
— И дальше там сидят, так велено. Пока все не…
— Пока нас тут не упаковали прочно? И не прибыли за нами, кому надлежит, а?
Она кивнула.
