Бесполезно — толстяк трясся мелкой дрожью, потел, но все так же мотал башкой, и видно, что никакими угрозами не определить его в Александры Матросовы.
Ладно, не впервые ему приходится импровизировать на ходу…
— Пойдете через реку, — тихо сказал Мазур. — Все. Надеть куртки, капюшоны натянуть потуже, чтобы вас никак не распознали по рожам… Толстый, так и быть, идет последним.
— А ты? — спросила Ольга.
— А я переправляюсь чуть поодаль, — сказал Мазур.
— И посмотрю, не вздумает ли кто вас обидеть… Устраивает такой расклад? тогда быстренько натягивайте куртки…
— Ну а если начнут стрелять? — прошептала Вика. Зрачки у нее были во всю радужку.
Мазур секунду подумал и сказал:
— К какой стороне окажетесь ближе, туда и кидайтесь. Только не разбегайтесь и не мечитесь. Окажетесь в лесу, бегите параллельно реке… всем ясно? Порядок такой: доктор-Вика-Ольга-толстый. И без дискуссий. Пройдете чуть вперед, речку будете переходить у во-он того камня… Марш!
Посмотрел им вслед, покривил губы.
На месте толстяка он не спешил бы радоваться счастливому избавлению от печальной участи разведчика. Кто бы ни был на той стороне в такой вот ситуации, опытный охотник или опытный солдат, расклад один: первую пулю всегда получит последний, того, кто ближе остальных к вражескому берегу, можно и оставить напоследок…
Вновь вынул наган, не двигаясь с места, проверил, легко ли выходит из ножен тесак.
Привычно подобрался. Кроме тревоги за Ольгу, никаких чувств не было.
Сорочье стрекотание удалялось вслед за вереницей людей в красных куртках — засада, как Мазур и предвидел, перемещалась. Сам он тоже прошел несколько метров, чтобы не упускать из виду приманку, на три четверти коей ему, откровенно говоря, было наплевать…
Вот и камень, угловатым, граненым бугром черневший на том берегу у самой воды.
Цепочка двинулась через реку — медленно, сторожко, словно шагала босиком по битому стеклу или минному полю…
ЕСТЬ!!
Мазур отчетливо разглядел бесшумно промелькнувший меж кедров на том берегу силуэт в камуфляже — на груди висят два черных ящичка, из-под пятнистой каскетки вьется черный провод, в руках ружье, поднятое под углом сорок пять градусов к земле. Вот и охотничек.
