Однажды перед ее домом якобы стоял человек и смотрел на нее. Она была напугана. И не напрасно, как мы теперь убедились. К сожалению.
Джейн сделала несколько пометок.
– И в этом отличие Мелиссы Купер от вашего отца, Кейт. Он ничего подобного не упоминал.
– Но это ничего не значит. Он не стал бы говорить об этом – хотя бы потому, что не хотел выставлять себя посмешищем. Кроме того, есть показания, что рядом с его домом видели подозрительную машину. Так или иначе, преступник был хорошо осведомлен насчет Мелиссы.
И выбрал подходящий момент: в школе никого больше не было, уборщицы как раз ушли. Если б не поломка, смотритель тоже давно запер бы двери. Думаю, преступник намеревался перехватить Мелиссу возле машины. Но смотритель задержался, и ему удалось, немного скорректировав план, войти внутрь. В любом случае он знал распорядок Мелиссы. Определенно, он долгое время следил за ней.
– Я тоже так думаю, – согласилась Джейн. – Конечно, мы еще раз поговорим с этим соседом. В бумажнике жертвы нашлись адреса и телефоны двух родственников – вероятно, сыновей.
Один проживает в Шеффилде, его уже оповестили. Я надеюсь получить от него какую-то полезную информацию. В любом случае…
Договорить ей не дали. Появился Калеб Хейл – и, как с ходу заметила Кейт, он был очень зол.
– Кейт, это совершенно неприемлемо, и полагаю, вы это осознаете. Как только Мелисса Купер с вами связалась, вы должны были сразу сообщить мне. Я уж точно не стал бы дожидаться встречи во сколько-то там вечером. Я приехал бы к ней немедленно.
Возможно, у нас появилась бы какая-то информация, а миссис Купер осталась бы в живых. Мы могли избежать этой… казни!
– Сэр… – попыталась предостеречь его Джейн, но Калеб лишь нетерпеливо отмахнулся.
– Кейт, я держал вас в курсе по ходу расследования. Предоставлял вам информацию в полном объеме, хоть это и не предусмотрено регламентом. Потому что всегда видел в вас коллегу, которая знакома с порядками и знает, как поступать с такими сведениями. Но и с вашей стороны я ожидал того же.
Похоже, я здорово заблуждался на ваш счет…
Под напором его упреков Кейт чувствовала себя жалким ничтожеством. Калеб был прав, во всем. Она снова все испортила – и явственно услышала, как вздохнули ее коллеги в Лондоне. Наша Кейт! И что хуже всего: возможно, она действительно уберегла бы несчастную от смерти, если б поступила более осмотрительно и поменьше думала о себе.
– Я думала… она хочет сказать мне что-то личное, – пробормотала Кейт.
