У нее, – он постучал пальцем по лбу, – тут не всё в порядке. Но ходить она может. Ей не нужно инвалидное кресло.
– Хотите сказать, она как-то заполучила кресло Нормана Доурика? – заключила Кейт.
– Нельзя это исключать.
– В таком случае она знает, что случилось с Доуриком.
Кадир пожал плечами.
– Это ее надо спросить.
– Как ее зовут? Где ее найти?
– Ее зовут Грейс. Грейс Хенвуд.
Он снова улыбнулся. С ним явно было что-то не так, но по-английски он говорил превосходно. Оставалось надеяться, что он не выдумывал на ходу.
– А где живет эта Грейс? – спросила Кейт.
Кадир показал на один из домов, который ничем не отличался от других. Возле входной двери ржавела выпотрошенная стиральная машина.
– Там. Кажется, их семья единственная там живет. Может, еще престарелая дама этажом выше, но точно не знаю…
– Грейс Хенвуд, – повторила Кейт.
– Будьте осторожны, – предостерег молодой индиец. – Ее отец – садист. Натуральный садист.
Кейт поблагодарила его и направилась к указанному дому.
За одной из дверей были слышны голоса. Кейт постучала.
Мужчина, отворивший дверь, вероятно, и был тем самым садистом, о котором предупреждал Кадир. Круглый живот выдавался вперед, но сам он был скорее худощав. На нем были синие штаны и белая майка, на босых ногах – клетчатые тапочки.
– Да? – спросил он.
– Здравствуйте, – начала Кейт. – Ваша дочь Грейс дома?
Мужчина смерил ее недоверчивым взглядом.
– Вы из опеки?
– Нет. Я вообще не имею отношения к каким-либо службам.
– В этот раз упоминать Скотланд-Ярд не стоило, иначе никакой помощи от этого типа можно было не ждать. – Я кое-кого разыскиваю, – продолжила Кейт. – Старого знакомого. И мне сказали, что ваша дочь, возможно, знает, где его искать.
– И кто же это?
– Норман Доурик. Может, вы его знаете? Он живет где-то здесь.
– Вы знаете кого-то из здешних? – удивился мужчина и насмешливо оглядел ее.
Кейт была в джинсах и футболке, но даже так была одета лучше, чем большинство обитателей квартала.
Кроме того, ее новая прическа выдавала работу дорогого парикмахера.
– Это старый друг моего отца. Он передвигается в инвалидном кресле.
– А, этот!.. Понятия не имею, где он живет. Катался иногда между домами. Но это давно было. Сомневаюсь, что он еще жив.
– Ваша дочь…
– Моя дочь не совсем здорова. Она уж точно помочь вам не сможет.
– И все же мне хотелось бы с ней поговорить, – настаивала Кейт.
В глазах мужчины снова появилось недоверие.
