– Мама! Ты слушаешь? Развесим воздушные шары по всему дому, да?
– Само собой, развесим. И в саду, если погода будет хорошая.
Картошка уже была в духовке. Едва Стелла включила термостат, как зазвонил телефон.
Позднее она то и дело вспоминала эту сцену. Этот звонок, который поначалу звучал вполне привычно, но впоследствии обрел резкое, неприятное звучание. Звонок, врезавшийся в эту мирную бытовую сцену: светлая и уютная кухня, цветы у окна, картошка в разогретой духовке, болтающий Сэмми на своем стульчике… Машина медленно катит через квартал, первые солнечные лучи пробиваются сквозь облака, густым ковром застилавшие небо…
Стелла неспешно прошла в гостиную, где стоял телефон.
Наверное, это Джонас. Он всегда звонил, если куда-то уезжал, но сегодня они еще не созванивались. Прием у доктора Бента уже давно должен был закончиться. Ей не терпелось узнать, как все прошло.
Сэмми продолжал невозмутимо болтать на кухне:
– И банановые печенья с шоколадной глазурью, и…
Стелла взяла трубку:
– Алло?
На мгновение в трубке повисло молчание.
Затем послышался женский голос, молодой и немного смущенный, что компенсировалось бойким, нарочито веселым тоном:
– Алло, Стелла? Это Терри. Терри Малиан. Вы меня помните?
* * *Еще бы она не помнила.
Биологическая мать Сэмми. С которой Стелла надеялась никогда больше не увидеться."
"Она сидела на кухне, напротив Сэмми, но словно и не видела сына, который устраивал у себя на тарелке настоящую вакханалию из кетчупа. Каким-то образом ей удалось приготовить обед и накрыть стол, но все это время она пребывала в прострации.
И пыталась понять, откуда взялось это дурное предчувствие.
Терри Малиан…
– Второго мая Сэмми ведь исполняется пять лет, – сказала она этим странным, неестественно бодрым голосом. – Вот я и подумала, что это отличный повод его повидать!
Почти пять лет ей не было никакого дела до Сэмми. Терри не звонила и не писала. Ни в дни рождения, ни в Рождество. Когда Сэмми исполнился год, Стелла отправила ей фотографии, но так и не получила отклика.
В конце концов она выбросила ее из головы.
И ощутила при этом облегчение.
– В эти выходные мы как раз будем в Лондоне…
Как раз? И что значило это мы?
– С моим другом. Он будет там по работе.
Она говорила об отце Сэмми? Стелла ни разу его не видела – когда шли переговоры об усыновлении, он уже сошел со сцены. Школьник семнадцати лет, насколько ей было известно, напуганный и потрясенный последствиями первого сексуального опыта.
