И все же у Нормана была возможность остаться в полиции, но исключительно за конторской работой – а это совсем не то, к чему он привык. Кейт припоминала, что отец уговаривал его, как одержимый. Он то и дело рассказывал о своих разговорах с другом, и отчаянию его не было предела.
– Норман сдался. Хочет жить на свою мизерную пенсию и с утра до вечера таращиться на стены. Он с ума сошел. Он совершает большую ошибку."
"Ричард так и не сумел переубедить Нормана. Сержанту Доурику перешибло не только хребет, но и душу.
В неполные сорок лет он сам поставил на себе крест: на своем будущем, на профессии, на жизни. А постепенно поставил крест и на друзьях. Эта открытка Ричарду, вероятно, была последним жестом вежливости в отношении бывшего напарника. Уже к концу года Норман озлобился и ни с кем больше не хотел иметь дела. Один за другим он обрывал контакты, игнорировал электронные письма, не отвечал на звонки, а когда Ричард приходил к нему, не открывал дверь. В конце концов тот сдался.
И с уважением отнесся к желанию бывшего друга оборвать всякую связь с прошлой жизнью.
Но для Кейт бывший напарник отца представлял большой интерес. В те годы, когда в жизни Ричарда появилась Мелисса Купер, они с Норманом работали бок о бок. Кейт задавалась вопросом, удавалось ли Ричарду скрывать интрижку в том числе и от напарника. Для конспиративной схемы, выстроенной отцом, требовался сообщник – тот, кто подменял бы на службе в его отсутствие, прикрывал бы перед начальством, подтверждал бы алиби.
И даже если Ричард соблюдал все предосторожности – Норман должен был что-то заметить. И намного больше, чем все остальные. Но возможно, Норман был именно тем, кому доверился Ричард…
Калеб говорил, что Норман не рассказал бы ничего нового, так как все дела, над которыми они работали, занесены в архив. Это верно. Однако это касалось рабочей сферы, но не личной жизни.
Возможно, Норман знал, почему отношения между Ричардом и Мелиссой потерпели крах.
Просидев целый час в раздумьях, Кейт принялась искать телефонный номер Нормана Доурика. У отца остались несколько записных книжек. По счастью, Кейт не выбросила их, а оставила себе. По словам Калеба, Норман уехал из Скарборо, но его жена, вероятно, еще жила по старому адресу и могла помочь с дальнейшим шагом. Кейт отыскала номер, но когда позвонила по нему, трубку никто не взял. Она помнила адрес и решила на следующий день съездить туда.
