— Я понял, — буркнул Грег; поджал губы и отступил от стола.
Он мог бы сказать еще очень много: о том, что вода в легких еще ни о чем не говорит, что преступник мог утопить жертву в домашней ванне, а затем сбросить в море, заметая следы. О том, что нарушение протокола осмотра единожды может привести к халатности в будущем. О том, что проведенное по всем правилам вскрытие наверняка защитит их от претензий родственников покойной. О том… Что толку говорить с тем, кому важна лишь галочка в документах и как можно скорее?
Больше не собираясь спорить, Грегори развернулся и направился к выходу.
Но все же не сдержался. Остановился на пороге и обернулся.
— Когда на моем столе будет лежать ваше тело, обещаю, палец о палец не ударю — все как вы любите.
И прежде чем покрасневший от злости начальник успел перевести дыхание, чтобы разразиться очередной гневной тирадой, Грег уже вышел за дверь.
***
— Ты чего пыхтишь, как дикий барсук? — когда он вернулся, вскинулся сидящий за столом Найлз, кропотливо заполняющий какие-то документы.
Грегори не ответил. Зыркнул недобро и молча прошел к столу за ширмой.
Рванул штору в сторону, отчего одно из давно треснувших колец-держателей таки не выдержало и свалилось на пол. Грег отшвырнул его с дороги ботинком и подошел к столу.
За время его «прогулки» волосы лежащей на нем усопшей успели высохнуть, а потому заметно посветлели. Одежда тоже оказалась уже совсем сухой, он убедился, когда вспарывал светлую ткань — от горловины до самого низа.
— Э-э… — раздалось откуда-то сбоку, и Грегори вскинул голову. Заинтересовавшийся происходящим Найлз бросил бумаги и подошел ближе, правда, так и не выпустив перо из рук. Грег красноречиво посмотрел на предмет в руке напарника, и тот, спохватившись, не придумал ничего лучше, чем засунуть его себе за ухо. — А что, позволь полюбопытствовать, ты делаешь?
А на что, по его мнению, похоже?
Грег невесело усмехнулся.
— А как ты думаешь?
После чего протянул руку к шкафчику и, не дожидаясь помощи напарника, сам вывалил на поддон все нужные инструменты.
Помещение наполнилось звоном.
Найлз хмыкнул.
— А как же Корлин?
А Корлин может идти в задницу — со своими убогими решениями и приказами.
Грегори не ответил, молча поднес скальпель к бледной коже умершей в районе груди.
Найлз издал какой-то невнятный каркающий звук и, зажав рот руками, бросился наутек.
Глава 12
Утро встретило его, безжалостно ударив по глазам солнечными лучами.
