Но и то, потом полностью зарядила и убрала обратно в шкатулку.
Знал ли об этих кольцах кто-то еще? Нет!
И узнать мог лишь тот, кто обыскивал бы комнату. Так неужели Грег считает, что Инни?..
Кольца в кармане брюк Элинор проверила в первую очередь — на месте. Теперь же на дне шкатулки лежали всего шесть колец.
Эль моргнула, не веря своим глазам, и еще раз пересчитала артефакты. Нет, это не помутнение рассудка и не проблемы со зрением спросонья. Колец было шесть. Три в кармане и шесть в шкатулке. Итого: девять.
Одно кольцо бесследно исчезло.
— Ну что там? — окликнул ее Тэйт, заметив, что она слишком долго медитирует над кольцами.
— Шесть, — выдохнула она. Оперлась ладонями на столешницу, широко расставив руки по обе стороны от шкатулки, и опустила голову. — Шесть, — повторила тверже.
Эль давно не питала иллюзий по поводу Инессы. Но взлом? Обыск? Воровство? Это уже просто не укладывалось в голове.
Грег хмыкнул.
— А должно быть?
И она едва не зарычала. Он что, издевается?
— А должно быть семь! — Элинор стремительно обернулась.
А так как стол находился слишком близко к кровати, на которой сидел Тэйт, ему пришлось задирать голову, чтобы иметь возможность видеть ее лицо."
"Правда, вряд ли оно сейчас выглядело так, что на него хотелось смотреть — Эль подозревала, что ее всю в этот момент перекосило от злости и возмущения.
— Значит, я был прав, — мрачно подтвердил Грегори. В отличие от нее, он явно не удивился.
— У-у-у… — простонала Элинор, на мгновение прижав ладонь ко лбу.
Ну почему все так сложно? Какого черта в людях вечно это двойное дно и нужно постоянно ждать удара в спину?
Оторвавшись от стола, она прошла на середину комнаты и заходила по пустому пространству взад-вперед. Из-за недостатка места — прямо перед носом Тэйта.
— Почему вообще Першильд? Причем тут она? — Еще шаг и еще.
Если и было в подобных новостях что-то хорошее, так это то, что, после того как Эль пересчитала кольца и убедилась в отсутствии одного из них, сон как рукой сняло.
Проснулась жажда деятельности и желание… Нет, пока еще не убивать, но стукнуть одну «милую» соседку — всенепременно. Исключительно по-дружески. Они ведь «подруги», не так ли?
Грегори поморщился, наблюдая за этим мельтешением.
— Может, присядешь?
— Нет!
— Ладно, как хочешь.
— Хочу!
— Не психуй.
— Буду!
Она и правда распсиховалась, по-другому и не скажешь. И разбежалась, да. Комната перед глазами уже слилась в сплошное пятно.
