Прошлась по нему взглядом с головы до ног и моргнула еще раз, теперь — не столько сонно, сколько озадаченно. — …босиком?
Но обувь — последнее, что его сейчас волновало.
— Лоуфорд могла стащить у тебя какие-нибудь артефакты? — спросил Грег прямо, без лишних предисловий.
Эль шире распахнула глаза, а через мгновение, которое ей понадобилось, чтобы окончательно осознать, что он только что сказал, — и дверь.
— Заходи, — сказала серьезно и отступила с дороги.
Глава 27
Элинор показалось, что она не спала вовсе: едва коснулась головой подушки и закрыла глаза, как кто-то постучал в дверь — громко, требовательно.
Как она добралась до двери, сама толком не поняла. Кажется, проснулась, только когда увидела не на шутку встревоженного Тэйта.
Инесса, госпожа Першильд, похищенные артефакты — о чем он вообще?
Пришлось срочно умываться ледяной водой, чтобы окончательно отогнать от себя сон. Поторапливающий Грегори при этом совершенно не помогал, а только нервировал.
Сейчас он сидел на краю ее кровати и с нетерпением ждал, когда она наконец перепроверит свои запасы.
В какой-то момент Эль почувствовала такое лютое раздражение, что с трудом удержалась, чтобы не сорвать злость на Тэйте.
Спокойно. Вдох-выдох. Он пришел, чтобы помочь, потому что волнуется. И вообще, это же Грег.
И все же бессонная ночь не способствовала хорошему настроению. Тэйт же выглядел вполне бодро, чем снова вызывал раздражение. Интересно, у белых магов, даже бывших, это в крови — просыпаться ни свет ни заря и не давать выспаться другим?
В итоге, пребывая в растрепанных чувствах, Элинор не сразу вспомнила, куда засунула шкатулку с запасными кольцами-накопителями.
Наконец сообразила и направилась к столу, рывком дернула на себя нижний ящик.
Отец велел Эль взять с собой не меньше десятка колец и строго-настрого запретил пользоваться теми, которые выдают в гильдии. Те же артефакты, которые он вручил дочери, были сделаны по специальному заказу лучшими мастерами Реонерии, имели повышенную прочность и были рассчитаны на уровень дара носителя не ниже восьмого.
Пользовалась Элинор все это время лишь тремя. Носить с собой больше было бы неудобно — не звенеть же при каждом шаге, как ключник. Трех, всегда обретающихся в кармане брюк, ей вполне хватало: надеть при необходимости и потом зарядить — проще простого.
Только один раз она использовала больше трех обычных колец — в ту роковую ночь восстания нежити на погосте, чтобы восполнить резерв.
