Все трое шмыгали носами и дрожали, наперебой что-то голосили, объясняли, жаловались и снова шмыгали носами, так что я понимала: чтобы отругать детей за побег, придется подключить всю твердость моего характера. Но пока еще для этого не время. Сейчас я могла только сгрести их всех в охапку и заставить пообещать, что они — никогда-никогда больше! Вообще никогда! Из дома не выйдут!"
"В очередной раз ошупывая макушку Рольфа — не нравится мне его шишка! — я подняла взгляд и встретилась глазами с Седриком. Тот наблюдал за нашим слезливым воссоединением с мягкой насмешкой и стоял, прислонившись плечом к стене.
Стоило нашим взглядам встретиться, он посерьезнел и отвернулся, и я тоже отвела взгляд.
Впрочем, Седрик, который явно собрался уходить, не ожидал, что дети, наобнимавшись со мной, бросятся к нему. Если Эми, да и Хью тоже, просто набросились на него, то Рольф приблизился опасливо и пробормотал: «Тебе теперь не больно?»
Коротко встретившись с ним взглядом, Седрик качнул головой. Держа на одной руке Эми, а на второй — Хью, он выглядел забавно.
Выпрямившись, я взяла Рольфа за руку и подошла ближе. Я молчала,даже дети затихли. Взгляд Седрика был внимательным и колким. Я шагнула еще ближе, наклонилась вперед, и тут услышала болезненный стон, который раздался из подвала.
Что? Это еще кто?
— Это староста! — зашептала Эми на ухо Седрику. — Он почти черный весь и встать не может — а ты же его спасешь? Он почему-то сначала стоял рядом со мной с ножом, плакал, а потом тот черный человек разозлился, старосту ударили, а нас заперли в подвале… А еще меня связывали, вон следы от веревок! И Ушастик! Надо спасти Ушастика! Он же… Он где-то тут!
Она принялась выкручиваться из хватки Седрика, и я закатила глаза, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает.
Ничего не меняется, вот уж точно.
Следующие несколько часов слились в бесконечный калейдоскоп. Попытки выманить испуганного Ушастика из-под кровати, молчаливые одетые в черное люди Седрика и королевской тайной службы, аресты, шепотки местных, испуганная Мира, которая бросилась к детям, стоило нам выйти из двери постоялого двора, напряженный Гидеон, прибывший в Верхние Петушки на экипаже спустя пару часов…
Дел, разумеется, было невпроворот.
Детей нужно было успокоить, отмыть, покормить, всыпать им по первое число, а потом — ответить на вопросы Грега о том, что успел разболтать мне Черный.
Только к вечеру мы все наконец смогли оказаться дома: в том самом особняке, который временно для нас сняла экономка Седрика.
