Ну, тут Иосиф Виссарионович разошелся не на шутку. Таким я его не видел никогда. Не буду рассказывать, что происходило в кабинете Верховного, до сих пор не отойду. Только где-то через полчаса он немного успокоился, закурил трубку и спросил, знаю ли я, что в этих газетах? Я ответил, что не в курсе. «Ознакомься! — приказал он и спросил: — Ты же готовишь группу в Минск и Горош?» «Так точно, готовлю, но непосредственно этим занимается товарищ Платов», — ответил я. Тогда товарищ Сталин сказал: «Передай ему, что вся фашистская сволочь, засевшая в райцентре, все руководство этой банды должно быть уничтожено в ходе основной операции.
Руководство управы, комендатуры, карательных подразделений и особо Калач. Как это сделают офицеры группы, меня не интересует. Я не приму никаких объяснений, если им не удастся выполнить это задание. Передай товарищу Платову, что это мой личный приказ, за невыполнение которого…» — Товарищ Сталин замолчал, сел в кресло, а потом приказал мне ехать сюда.
Коган вздохнул и проговорил:
— Извините, товарищ народный комиссар, что перебиваю.
Мы прекрасно понимаем, что недоговорил товарищ Сталин. За невыполнение задания нас ждет расстрел, даже если мы справимся с основной задачей.
Берия развел руками:
— Я теперь и не знаю, какая задача главная. Но приказ должен быть выполнен. Конечно, Иосиф Виссарионович говорил в состоянии крайней ярости. Никого из вас не расстреляют, если выполнение его приказа окажется действительно невозможным по объективным причинам. Однако приказ есть приказ.
Он отдан.
— А что пишут газеты? — спросил Шелестов. — Разрешите прочитать?"
"— Да чего там читать, я доведу, пока ехал сюда, наизусть запомнил. Накропал эти статьи некий белорусский журналист Остап Качеренок. А пишет он о том, что Красная армия под натиском прекрасно подготовленных и оснащенных войск великой Германии терпит одно поражение за другим. Боевой дух красноармейцев слаб, командиры не могут управлять частями и подразделениями. Многие сдаются в плен. В этих условиях провалился и план советского руководства организовать партизанское движение в тылу германских войск.
Жители территорий, оказавшихся под немцами, охотно идут на сотрудничество с новой властью. Кремль в злобном отчаянии прибегает к крайним мерам. Я сомневаюсь, что такой репортер Остап Качеренок существует на самом деле. Но если это так, то, по словам этого писаки, выходит, что карательные акции устраиваются не полицаями, а специальными группами НКВД, заброшенными в немецкий тыл.
