Собираясь подняться на ноги, я замираю, потому что с лестницы спускается Ами. В том наряде, который выбрала сама. Конечно же.
Я оказываюсь в окружении детей и в плену взгляда, который среди множества гостей выделяет меня, даже не пытаясь это скрыть. Звук в ушах мгновенно стихает, словно его прикрутили до нуля. Я ощущаю, как этот взгляд скользит по моим плечам, ключицам и лицу, буравя своей настойчивостью.
Наверное, мы оба ненормальны. Потому что только полный идиот пришёл бы в гости к бывшей девушке, чтобы увидеть, какой другой она стала: женой, хозяйкой, мамой…
И только круглая дура могла бы согласиться стилизовать образ будущей невесты своего бывшего парня.
— Кто угостит меня шоколадным яйцом? — громко спрашивает Влад, влив новоприбывших в общую массу приглашённых. Он оглядывает детей, словно злодей из мультфильма, и хищно потирает руки. — Кто отдаст добровольно, а то я сам отберу!?
Дети визжат и разбегаются в разные стороны, крепко прижимая свои угощения. Я отвлекаюсь и смеюсь, потому что даже Амелия срывается с места и начинает суматошно бегать по дому.
Я помогаю ей спрятаться за диваном, а сына Нины спасаю из лап Влада, когда тот пытается схватить его за кофту.
Идея развеселить малышню оборачивается диким восторгом, заложенными ушами и нескончаемым азартом, который они тут же направляют на новые игры.
Правда, Ами отказывается, когда одна из девочек её возраста приглашает присоединиться. Посадив Барри в кресло, дочь начинает читать ему книгу. Я уже научилась понимать, когда лучше не настаивать на её участии в коллективе, а когда настроение для этого благоприятное.
Но, по крайней мере, занятость Амелии хотя бы на время позволяет мне переключиться на другие дела.
— Привет, Аль, — перехватывает меня Сабина, когда я направляюсь на кухню. — Я могу тебе чем-нибудь помочь?
Почти половина мужчин выходит на задний двор: кто покурить, кто заняться мясом. Аслана поблизости нет, но я всё равно в стрессе. В таком жутком стрессе, что не сразу нахожу в себе силы открыть рот и ответить.
— Да, была бы благодарна. Нужно вынести закуски.
Каждый шаг даётся с трудом — как и улыбка, и шаблонные фразы, и видимость организованности. Удивительно, что я до сих пор не перебила всю посуду, пока накрываю на стол и опустошаю холодильник.
Сабина не отходит от меня ни на секунду. Она хвалит уютный дом, приветливого Влада, говорит, какая замечательная Амелия. И вдруг добавляет:
— Она… выделяется. Такая скромница.
