— Я, кстати, придумал, что загадаю, когда буду задувать свечи.
— Отличный план, Владос, — подмигивает Касьянова.
Мне быстро удаётся выбраться из объятий мужа и сбежать на кухню, чтобы помочь домработнице. Мы весь день слаженно трудились, и теперь завершаем финальные приготовления.
Парковка у нашего дома почти полностью заставлена автомобилями. Я выглядываю в широкое окно, пытаясь найти новенький «Порше» Лиды, но вместо него замечаю чёрную «Ауди», ловко втискивающуюся в последнее свободное место.
Мои пальцы, державшие фарфоровую тарелку с золотистой окантовкой, сами собой разжимаются, и под ногами с тихим звоном рассыпаются осколки. Этот звук слишком приглушён, чтобы я вздрогнула. Но меня почему-то начинает трясти.
Твою мать, где Влад?
Что за ерунда? Я лично составляла списки гостей. И точно помню, что Аслана среди них не было.
15
— Ох! Не порезались?
Помощница качает головой, быстро собирая осколки, пока я стою в оцепенении, наблюдая, как Аслан выходит из автомобиля в удобном черном худи и спортивных штанах того же цвета.
Обойдя капот, он открывает пассажирскую дверь и протягивает руку Сабине.
За рёбрами поднимается буря, когда их пальцы соприкасаются в довольно нежном и трогательном жесте.
Я знаю, что Влад сегодня именинник, но мне хочется вытрясти из него душу за этот поступок. А ещё заколотить окна и двери, чтобы в дом не вошел ни один лишний человек.
Лишним, конечно же, я считаю Аслана.
Я нахожу мужа на заднем дворе, возящегося у гриля. Не знаю, чего я хочу добиться, вырывая его из компании друзей, но подавить внутреннюю суку уже не получается.
С губ срывается грубость, разрушающая привычную легкость нашего общения. По удивленному лицу Влада видно, что я явно перегибаю палку, но пока из меня не выйдет весь пар, он будет получать одну словесную пощечину за другой.
— Почему ты не предупредил? Неужели нельзя было обойтись без того, чтобы тащить в наш дом кого попало? Мы же договаривались, что это будет праздник для ближайших друзей, которых у тебя и так насчиталось тридцать человек!
Муж шумно вздыхает, разводит руками и безуспешно пытается вставить хоть какое-то оправдание в мой нескончаемый монолог.
— Блюда рассчитаны на это количество, как и торт, и алкоголь! — с каждым предложением мой голос становится громче.
