Мы заканчиваем спонтанный ужин, и я иду провожать Сашку до машины. Он сопротивляется, обещая, что в силах сам разыскать собственное авто, но я намекаю, что мы не договорили.
- Как жить теперь будем? - смотрю на него, пока лифт, поглотив наши тела, тащит, кряхтя, вниз, чтобы выпустить на свободу.
- В смысле? - он копается в карманах, задумчиво рассматривает шарф, чтобы не глядеть на меня.
- Ну, мы с тобой?
Замирает, ошпаривая металлом глаз, и я понимаю, что сегодня смотрю на него чуть ли не впервые в жизни, как на мужчину.
Не рубаху-парня, что подставит жилетку для кубометров моих слёз, не спасателя, который всегда спешит на помощь, не знакомого, с кем можно потрепаться о причёске Татьяны Михайловны, нашей англичанки. А именно мужчину.
Ловит мою ладонь, и она пропадает в его большой руке. Тёплой, шероховатой, рабочей. Створки разъезжаются, и Лапин ведёт меня за собой, как папа дочку в детский сад, и сегодня у меня с матерью будет разговор по его поводу. Да-да, согласна. Прежде чем открывать новую страницу, следует разобраться со старой.
В машине мы целуемся. И я не хочу, чтобы Лапин уезжал.
- Я решу вопрос с Лидой, - говорит мне для чего-то. Хотя и сама понимаю, что там чувства были лишь с одной стороны. Очень хорошо помню её испуганные глаза и жалею женщину, которая лишится Сашки. Только она даже не предполагает, что он никогда ей не принадлежал.
- Кстати, о парне. Я нашёл его.
- Каком парне? - не сразу понимаю, о ком речь, а потом, наконец, доходит. Вот она - хватка профессионала, у которого миллион дел, но все на карандаше.
Я уже успела забыть наше расследование с Малышевым. Вернее, застопориться на моменте, когда мы не смогли пройти по следующей цепочке."
"Тот самый мистический парень, который помог любовнице Арса раздобыть машину. Оказалось, он был посредником, и Сашка добрался до конечной цели. И вот, спустя месяц, он говорит мне об этом.
- Можем сейчас к нему съездить, - предлагает, и я тут же соглашаюсь.
Терять нечего. Мы с Арсом враги. Но я не оставлю безнаказанными тех, кто был намерен меня уничтожить.
Пусть фирма Архипова теперь у другого, но он на плаву. Да и его любимая беременная всё ещё на свободе.
- Не знаю ничего, - черноволосый намерен закрыть дверь, но Сашка светит корочкой, и тот закатывает глаза. - Я ничего не сделал!
- Подельничество уголовно наказуемо, в курсе? - начинает прессовать морально Лапин. Расписывает все возможные варианты, и тот признаётся, что вообще не был в курсе, для чего Джульетте тачка.
