Я недостаточно мягко изложила свои предположения.
Теперь, когда он все понял, ничего не поделаешь.
– Если это был не отец, тогда кто-то другой?
Он смотрит на меня. Пристально. Энергия, исходящая от него, становится удушающей.
Если бы его глаза были руками, он бы уже задушил меня до смерти.
Официантка останавливается у нашего столика, прерывая этот момент.
– Минеральную воду, пожалуйста, – говорю я.
– Вареные яйца. Бекон. Большой протеиновый коктейль. – Эйден перечисляет, не глядя в меню. – И вегетарианское меню на завтрак с нулевым содержанием жирных кислот.
Мои губы приоткрываются. Я собиралась спросить, есть ли у них какие-нибудь меню на завтрак с нежирными кислотами, поскольку в большинстве ресторанов их нет.
Официантка записывает наш заказ, кивает и уходит.
Я смотрю в лицо Эйдену.
– Откуда ты знаешь, что я ем только такую пищу?
– Твоя тетя готовила вегетарианский ланч, и на твоем столе было печенье особой марки, не содержащее жирных кислот. – Он смотрит на меня. – Кроме того, ты ешь только домашнюю еду в школе.
– Ты наблюдал за мной в школе?
Он игнорирует мой вопрос и наклоняет голову.
– Почему ты не просишь в кафетерии, чтобы для тебя готовили то, что ты предпочитаешь?
Я пожимаю плечами.
– Мне не нравится есть в кафетерии.
– Почему?
– Уровень издевательств там всегда зашкаливает.
Он хмыкает, как будто никогда не думал об этом.
Придурок.
Мои пальцы играют с соломинками на столе.
– Зачем ты на самом деле привел меня сюда, Эйден?
Он ухмыляется.
– Я же говорил. Я угощаю тебя завтраком.
"
"– Ты хочешь, чтобы я поверила, что у тебя нет скрытых мотивов?
– Я лишь хочу накормить тебя. – Он щиплет меня за правую щеку. – Перестань слишком много думать.
Я отстраняюсь от его прикосновения.
– Это немного тяжело, когда ты был моим ночным кошмаром на протяжении многих лет.
Если он думает, что я проигнорирую слона в комнате, значит, у него на уме что-то другое.
– Я ничего тебе не сделал, Отмороженная.
– Ты серьезно в это веришь?
– Верю во что?
– Что ты ничего не сделал! – Мой голос повышается.
– Ты подписал мне смертный приговор в тот первый день. Ты знал, что они выберут меня.
– И почему я должен был это знать?
– Вся долбаная школа преклоняется перед тобой. Ты действительно думал, что они оставят меня в покое после того, как ты так красноречиво объявил, что уничтожишь меня?
Он садистски ухмыляется.
– Я не виноват, что меня так любят.
– Ты даже не сожалеешь об этом, не так ли?
– Нет.
Что-то сжимается у меня в груди.
