Я зажимаю уши обеими руками, пытаясь заглушить навязчивый звук.
Я ненавижу эту песню. Я ненавижу то, как она тянет звуки этим маниакальным тоном и с этими монстрами в ее глазах.
– …все будет хорошо…
НЕТ!
– Мама купит тебе маленькую игрушку… и если эта игрушка не поможет, мама принесет тебе другую…
Нет, нет, нет…
– Тебе никогда не сбежать от меня, Эльза.
– Ты мой шедевр, Эльза.
– Эльза.
– Эльза…
– Эльза!
Они меня не получат.
Только не снова.
Никогда больше.
Я ударяю его в грудь обоими кулаками.
Его руки обнимают меня, вызывая тошноту. Я поклялась, что никогда больше не позволю ему дотрагиваться до меня.
Только не снова.
Не в этот раз.
– Маааа! – я визжу.
Она может мне помочь. Она должна мне помочь. Это ведь то, что делают матери, верно? Они спасают своих детей от этих монстров.
– Мамочка, помоги…
Мой голос и дыхание прерываются.
Меня бросают в воду. Темную, мутную, бездонную.
Я задыхаюсь, вода заполняет мое горло, мои легкие… всю меня.
Извиваясь, я пытаюсь всплыть на поверхность, чтобы найти убежище от этих монстров.
Чья-то рука держит мою голову под водой. Душит. Вода заполняет мои ноздри, рот и безумные глаза.
Я не могу дышать.
Пожалуйста, мамочка.
Пожалуйста, папочка.
П-пожалуйста, помогите мне.
Холод пробирает мою кожу, и мои конечности немеют.
Я плыву, дрейфуя по течению…
Бороться с этим бесполезно.
Может быть, тот, чье имя нельзя называть, тоже боролся с этим. Может быть, именно поэтому его имя больше не произносят.
Может быть, я стану такой же, как он.
Сквозь туманную дымку кто-то надрывно зовет меня по имени.
Он зовет меня по имени.
Я не буду похожа на того, кого нельзя называть по имени.
Он знает мое имя.
– Ты видишь меня за этими монстрами? – спрашиваю я у себя в голове.
– Да.
Я не думаю, что это правда, но я цепляюсь за этот проблеск голоса.
Это успокаивает.
Так успокаивает.
Может быть, монстры для него невидимы.
Он видит меня так, как никто не видел раньше.
Он видит МЕНЯ.
– Эльза!
Я ахаю, словно меня только что вытащили из глубины океана, и распахиваю глаза.
Мое зрение затуманено, и все, что я вижу, – это густые тени. Мое сердцебиение не успокаивается при мысли, что я снова в том месте.
Однако руки, обнимающие меня, не пугают. Они успокаивают. Они как убежище, которого я тогда не могла найти."
"Я смаргиваю слезы с глаз. Нахмуренные темные черты смотрят на меня. Пряди темных волос падают на лоб.
Я моргаю один раз. Дважды. Он не исчезает.
