Только он из всех известных Рику поселенцев кашлял и все время твердил, что вот-вот умрет. В том, что врач-изгой вполне мог сделать подобную пересадку, Рик тоже не сомневался.
Все упиралось в абсолютную убежденность доктора с базы в то, что без нужного оборудования и ассистентов провести такую пересадку невозможно. Сам же Рик склонялся к тому, что пересадку сделал именно доктор Мишель. Доказательств у него не было, зато была внутренняя убежденность в своей правоте и много бешеной злости. Больше всего ему хотелось сейчас включить штурмовой бластер и смести с лица этой планеты все, что имело хотя бы малейшее отношение к доктору Мишелю.
Начиная при этом с того русского.
Доведя себя до бешенства, Рик выскочил на улицу и с ходу рухнул лицом в снег. Кашель скрутил его в одно мгновение, разом отрезвив и заставив успокоиться. Кое-как отдышавшись, он поднялся и решительно зашагал обратно в поселок.
* * *Группа захвата, как всегда, оказалась на высоте. Задержание заказчика нападения было проведено по всем правилам науки о подобных операциях.
Широко известный банкир, меценат и любитель спортивных команд оказался захвачен, упакован и засунут в машину раньше, чем успел сообразить, что вообще происходит. Охрана банкира была приведена в бессознательное состояние путем банального мордобоя, но от этого легче им не стало. Наоборот, старательность и усилия по защите клиента четко обозначились на лицах всех, кто имел несчастье оказаться на дежурстве.
По большому счету остановить бойцов спецназа, идущих на задержание, можно было только одним способом.
Уничтожив всю группу физически. Так что небольшая демонстрация такого превосходства профессионалов перед дилетантами как раз и работала на руку последним. Их никто не осмелился бы обвинить в бездействии.
Банкира привезли в грозное здание, известное своими подвалами, и, запихнув в допросную, сорвали с головы плотный мешок. Проморгавшись и отдышавшись, банкир быстро осмотрелся и, увидев перед собой графа Кудасова, невольно вздрогнул. Очевидно, он явно не рассчитывал увидеть перед собой столь влиятельное лицо.
Более того, по залившей его лицо бледности Кудасов понял, что он рассчитывал вообще его больше не видеть. Внимательно наблюдавший за арестованным граф чуть улыбнулся и, удовлетворенно кивнув, спросил:
– Не ожидали, господин Ливанов? Думали, что вчера для вас и ваших друзей все закончилось?
– Не понимаю, о чем вы, – быстро ответил банкир, но Кудасов отметил, как дрогнуло холеное лицо.
– Глупо, господин Ливанов.
