К моему боку прижалась Мира и стала проводить по моей груди острым коготком, способным, наверное, и дерево пробить без особых усилий.
— Расскажи мне про элементалей и первостихии, — попросил я, чтобы отвлечься. Все-таки близость горячего тела молодой и красивой девушки вызывала во мне определённую реакцию, и мне необходимо было отвлечься от пошлых мыслей.
— Что элементали, что первостихии— это, в общем, одно и то же, — повозившись, она устроилась поудобнее, и начала, — вот скажи, ты знаешь, из чего состоит, например, воздух?
Почувствовав, что я неопределённо пожал плечами, она продолжила:
— Из частиц трех других стихий, естественно.
В воздухе есть вода — мы говорим «влажный воздух». В воздухе есть огонь — мы говорим «обжигающий воздух». В воздухе есть земля — мы говорим «спертый воздух».
Это же правило действует и с другими элементами. Поэтому и существовать они отдельно друг от друга не могут. Маги, пропуская через себя любую из стихий, выделяют нужный им компонент и используют его так, как им надо. Смотри…
Она чуть отодвинулась, и в ее ладонях замерцала вода, потом над ней загорелся маленький огонек, который будто вытолкнул из себя камешек, что закружился в мелком воздушном вихре.
— Видишь? Одно рождает другое. А смешай мы это, что получится?
— Что? — я невольно заинтересованно приподнялся. Как мне показалось, я сейчас узнаю, одну из тайн Вселенных.
— А ничего! — засмеялась она. — Нет никакого смысла их смешивать, потому как одно поглотит другое. Ну, или получится нечто убойное — в зависимости от того, сколько силы ты влил в них и как смог правильно разделить.
— Стой, — перебил я ее, — а как же, например, огненный вихрь? Он ведь состоит из двух смешанных элементов!
— Ты меня не слушал? Необходимо правильно разделить, ну, или не позволять стихиям смешиваться. Контур — воздух, поверх него ложится огонь, и все — огненный вихрь готов. А сделай слияние, одна из стихий поглотит другую, увеличившись ровно на столько, на сколько сильна была поглощаемая стихия.
— Хорошо, допустим, это понятно, — сказал я, решив, что обдумаю всё это позже, — но вот ты сказала, я иной, и воздух принимает меня за своего.
Этому есть объяснение?
Тут уже пришла ее очередь пожимать плечами.
—Я ведь не хранительница знаний, да и маг, по меркам нашего племени, слабый. Поэтому многое не знаю, лишь чувствую. Мы, пикси, гораздо лучше остальных народов ощущаем магический фон живых существ. У тебя он невероятно силен. Но будто заключен в скорлупу и не может пробиться наружу.
