Его близость меня напрягает.
Расслабляющий массаж всего тела с аромамаслами, горячие камни, пилинг, маска, обёртывание. Я в раю. Это лучшее, что происходило со мной за последнее время.
Через несколько часов я иду к нашему домику гладкая, шелковистая и очень вкусно пахнущая.
На это был расчёт, господин Юсупов?
Вы готовили для себя обертку. Создавали свою красоту?
Расчётливо.
Прохожу в дом, снимаю пальто и нахожу Юсупова в кресле, возле горящего камина.
Мужчина уже переоделся в легкие брюки и белую льняную рубашку, которая расстегнута нараспашку.
Он не смотрит на меня, голова откинута на спинку, глаза закрыты. Кажется, спит. Дыхание глубокое, ровное. Настороженно изучаю его, слово хищника, к которому зашла в клетку. Но в клетке здесь, скорее, я.
— Тебе понравилось? — интересуется он, не открывая глаз.
— Да, спасибо.
— Пожалуйста, Диана, рад доставить тебе удовольствие. А теперь ты не откажи мне в удовольствии.
Сглатываю.
Это должно было когда-то случиться. Это неизбежно.
Юсупов открывает глаза.
— Переоденься, распусти волосы и накрась губы, — указывает глазами на диван позади меня.
Оглядываюсь. Там лежит длинный черный прозрачный пеньюар. Кружевные рукава, шёлковый пояс и совершенно прозрачный материал. На пеньюаре сверху тюбик помады.
— Я говорю – ты делаешь, не задумываясь, не обсуждая и не анализируя. Это моя постановка. Мой танец, и я веду, — его взгляд меняется. Начиная гореть черным огнем. Там власть, превосходство, жажда похоти и ещё много всего, что меня до дрожи пугает.
А я совершенно не знаю, какой он в сексе и что меня ждет. Я принимаю далеко не все в интиме.
На секунду прикрываю глаза. Чертов режиссёр.
Беру помаду, пеньюар, делаю пару шагов в направлении ванной комнаты.
— Стой. Ты переодеваешь здесь. При мне, — выдаёт повелительным тоном.
Снова хочет посмотреть?
Глава 17
Диана
Медленно снимаю платье через голову. Под ним у меня простые плотные колготки и спортивный бюстгальтер. И мне не стыдно, цели соблазнить или понравиться у меня нет.
Но, похоже, Юсупова это не смущает. Он лениво скользит по мне взглядом. Любой женщине нравится, когда на нее смотрят, но взгляды Юсупова пугают. Это все же какое-то отклонение. Желание улавливать каждое движение, жест, эмоцию. Сложно и некомфортно понимать, что за тобой постоянно следят. Невозможно расслабиться. Стягиваю колготки, опять неуклюже, но тоже все равно, пусть смотрит. Срываю резинку с волос, берусь за бюстгальтер.
— Стой! — велит мне Юсупов. Замираю.
