В моей комнате теперь будет жить пятилетняя девочка.
Я люблю детей, насколько их можно любить в двадцать четыре года, не имея свою семью. Но именно сейчас я готова выть от того, что какая-то мелкая засранка будет спать на том же месте, что и я, смотреть на детскую площадку, что видна из моего окна, да просто играть в МОЕЙ комнате. Так и хочется ее ущипнут, толкнуть, даже украсть ее любимую игрушку, лишь бы вызвать ее слезы и истерику. И тогда именно это ее состояние будет показывать то, что творится у меня внутри.
— А где же вы будете жить? — задала болезненный для меня вопрос Машка.
— Честно, Маш? Я не знаю. Почему-то этот вопросы мы никак не можем сесть и обсудить с мамой. Скорее всего снимать какую-нибудь комнату. Или что сможем потянуть.
— Печально все это, Насть. Но ты знаешь что, — заговорчески посмотрела на меня Карина, — теперь ты просто так у нас не пропадешь. Если нужна будет помощь, ты звонишь нам и все рассказываешь. Да, девочки?
— Конечно, Насть. Мы же друзья! Вон сколько вместе прошли.
Один только первый курс чего стоит, — закатила глаза Ася.
— Договорились, — уже искренне улыбнулась я, — теперь давайте вы рассказывайте.
— Ой, я завтра иду на собеседование в одну компанию. Девочки, это в Москва Сити, — повела бровями Машка. — А Каринка замуж выходит, — выдала подругу.
— Маша!!!
— А что, Маша? Ты бы так и смолчала.
— Да, замуж выхожу. Да, в двадцать три. И что?
— И кто он? — полюбопытствовала я.
— Его зовут Георгий, он сын папиного друга.
Все, как и надо у армян, — теперь закатила глаза Карина.
— Любишь?
— Полюблю, наверно, — грустно добавила Карина. — Он красивый, для армянина красивый, разумеется, — подмигнула нам, — высокий, занимается борьбой, хобби у него такое. Ну и имеет в перспективе кресло начальника в компании своего отца. Скажем так, будущее у нас уже расписано. Но я не жалуюсь. А у тебя что, Насть?
А что у меня? Я и сама не знаю, что у меня. Есть мужчина, в которого я влюблена. У нас с ним было пару свиданий.
А дальше что? Боюсь его даже спрашивать. Потому что не хочу слышать ответ. Не готова. Он даже не прислал короткое “Доброе утро”, не спросил “как дела?” Ему это просто…не надо? Не интересно?
— У меня… Все впереди.
— Ну Настя, я уже по глазам вижу, что не договариваешь нам. Колись давай! Или ты до сих пор про Егора думаешь? Забудь. Козел он и есть козел. Ты в курсе, что отец у него тачку его забрал? Обдолбанным по Москве проехался, его тормознули.
