Так он меня целовал на берегу озера, где был его день рождения. Невольно задумываешься, что вкладывает в этот поцелуй свои чувства. Но нет, у него их нет. С каждым его движением, с каждой секундой я понимаю, что он усиливает напор, пытаясь захватить и исследовать каждый миллиметр моих губ и моего рта.
Его рука проскальзывает под полотенце, где я предусмотрительно ничего не надела. Она скользит по бедру, поднимаясь на верх. Я слышу глухой стон, когда Рома понимает, что я без белья и с силой вдавливает меня в себя, где я чувствую напряженный пах — он меня хочет.
Рома резко сдергивает с меня полотенце, что непроизвольно хочется прикрыться от его похотливого взгляда. А он только разводит в сторону мои руки и любуется моим телом. Он всегда так делал, перед тем как покрыть поцелуями мое тело. Чувствую я себя красивой в этот момент? Безусловно. Рома сначала взглядом оставляет следы на моей коже: на шее, ключице, груди, животу. Чувствую, как между ног становится влажно и хочется свести ноги вместе, но не могу сдвинуться.
От его откровенного взгляда горит вся кожа и одновременно покрывается мурашками. Кровь будоражит от его касаний и жжется в тех местах, где он проходит рукой, особенно между ног, когда он понимает, что я тоже его хочу. Адски. И если он меня сейчас возьмет прямо у этой двери, я не скажу ни слова.
Но Рома лишь берет меня на руки и несет в спальню, ту, где мы не раз занимались любовью. Он спешно снимает с себя рубашку и джинсы, оставаясь только в боксерах, совсем не скрывающие его эрекцию.
Глядя на его член, слюна непроизвольно скапливается во рту, но я никогда ему в этом не признаюсь. Только провожу рукой по всей длине, ускоряясь с каждой секундой и слегка надавливая, все как он любит.
Его рука накрывает мой лобок и проходит вниз, там где уже вовсю пульсирует желание. Слегка надавливает на клитор и ведет круговыми движениями, потом входит в меня сразу двумя пальцами. Я выгибаюсь дугой от удовольствия, а спальня наполняется моими стонами, которые сдерживать уже не в силах, и пошлыми звуками.
От них я всегда краснела, а Роме это нравилось и еще больше распыляло.
Кто сказала, что трахаться в миссионерской позе обыденно и скучно, что так делают только супруги спустя несколько лет брака? Нет, сейчас это единение, я чувствую каждый миллиметр его тела, его член так глубоко во мне, но я хочу его всего себе, до последней капли, до последнего вздоха. Мы смотрим глаза в глаза. В его глазах плещется похоть, желание, восхищение.
