Успевает налить воды в стакан и подает мне его. Застываю, сжимая тонкое стекло в ладони.
Хмуро кошусь на Еву. Пытаясь помочь, она только хуже может сделать.
Я-то прекрасно понимаю, почему Каролинка в глубоком обмороке. Не выдержала встречи с «призраком» старшей сестры. Родные и близкие, кто знал Ольгу, постоянно будут впадать в ступор и шок от вида ее копии.
Благо, все сотрудники в автосалоне и сервисе сменились за четыре года. Текучка невозможная там. Да и Андрей из новеньких. Иначе мы бы Еву с ума свели. Она ведь не в курсе, почему вызывает такую реакцию.
Вот и сейчас в растерянности. Стоит, обхватив себя руками, дрожит и плечи нервно потирает.
– Ева, заберите сына и уходите в свою комнату. Я сам разберусь, – мой тон звучит слишком холодно.
– Я помочь хочу, – не унимается она.
– Ева, – бросаю со сталью. Чтобы испугалась и послушалась.
Дожидаюсь, пока они вдвоем скроются за дверью, и только потом брызгаю водой в лицо Каролинке, приводя ее в чувства. Она хватает ртом воздух, широко распахивает глаза, фокусируется на мне.
И ресницами начинает часто хлопать.
– Это что? – подскакивает, садясь на диване. – Это кто? – озирается взволнованно. – Это как вообще? – прищурившись, испепеляет меня взглядом.
– Это не она, Каролинка. Просто похожа очень, – спешу пояснить, чтобы слишком впечатлительная сестренка опять не потеряла сознание.
Она зависает. Словно ломается на секунду.
– Тим, ты все-таки спятил, да? – подводит совершенно неожиданный итог. – Мы все скучаем, Тим! – повышает голос, а я не хотел бы, чтобы Ева услышала.
Неприятно ей станет. Она такого не заслуживает.
– Тише, я… – пытаюсь объясниться. Рассказать все, как было. Признаться, что я всего лишь решил помочь девушке с сыном, попавшим в беду. Это ведь правда. Отчасти. Про поцелуй в автосалоне лучше умолчу.
Однако Каролинку не остановить. Она всегда была чересчур эмоциональной.
– Нам всем тяжело, да! Но ты совсем того! – крутит пальцем у виска, а сама чуть не плачет от накативших воспоминаний. – Ты, как маньячина, себе клона нашел вместо… – зажимаю ее рот ладонью, потому что сама она не заткнется.
Что за черт!
– Не называй ее так, – неожиданно раздражаюсь.
Какой же это клон? Она…
– Ева, – произношу строго вслух. – Ее зовут Ева, – повторяю неожиданно грозно.
Каролина возмущенно округляет серые, как у старшей сестры, глаза. Отбрасывает мою руку. Хмурит кукольные черты лица – этим она в мать пошла. В то время как Ольга была больше похожа на отца.
Злится.
