Нас обоих обдает огненной лавой. Почти одновременно.
Распахиваю глаза, чтобы видеть его в самый острый момент. Чтобы знать, что он тоже что-то испытывает ко мне. Но сознание смазывается, а я ищу спасения в поцелуе. Рассыпаясь миллионом искр, я кричу в его губы, жадно сминающие мои.
– Моя фея, – тихо называет меня. Так непривычно. Странно. Как и все, что происходит сегодня между нами. – Я никому тебя не отдам, слышишь? – звучит как угроза, но я расплываюсь в счастливой улыбке.
– Обещаешь? – осмелев, спрашиваю с легким налетом игривости.
Откуда это во мне? Ножкой веду по его пояснице, отчего он сильнее впечатывает меня в матрас.
– Клянусь, – серьезно откликается.
Застываю на мгновение, изучая его суровое лицо. Обвожу пальцами грубые мужские черты, нежно касаюсь морщинок, будто пытаюсь разгладить их. Исцелить. Поглаживаю жесткую щетину на щеках и подбородке. Чуть прикрыв глаза, Тимур улыбается. Целует подушечки моих пальцев, прижимает ладони к лицу.
– Я хотела бы, чтобы ты оставил нас себе, – вспоминаю его необычную формулировку.
– Навсегда.
Не дав Тимуру ответить, впиваюсь в его губы. Вкладываю в этот поцелуй всю свою нерастраченную нежность и внезапно пробудившуюся страсть.
* * *Моя голова покоится на широкой груди родного мужчины, а тело заключено в цепкий капкан его объятий. Прислушиваюсь к биению сердца, дожидаюсь, когда дыхание станет спокойнее.
Дожидаюсь, пока Тимур уснет, а сама не могу сомкнуть глаз. Нежусь в его руках, наслаждаюсь каждой секундой рядом с ним.
Аккуратно приподняв голову и уткнувшись подбородком в стальное плечо, рассматриваю мужчину вблизи. Любуюсь дикарем, которого я приручила.
Позволив себе еще немного побыть рядом с ним, аккуратно выскальзываю из кольца его рук. В полумраке нахожу кофту, кутаюсь в нее и босиком, на носочках, крадусь к двери.
Не могу оставаться здесь до утра, ведь в комнате на первом этаже спит мой сын. Я должна быть рядом, особенно когда он болеет. Я всегда буду выбирать ребенка. Надеюсь, Тимур поймет меня правильно.
В нашей с Владиком комнате переодеваюсь. На ощупь проверяю температуру малыша и, убедившись, что его здоровью ничего не угрожает, бесшумно ложусь рядом. Чувствую, как в ногах шевелится щенок, недовольный тем, что его разбудили. Замираю, пока он устраивается поудобнее.
Но стоит мне прикрыть глаза, как дверь открывается. И я бы не заметила этого в полудреме, если бы наш пушистый защитник не вскочил с постели и не начал лаять.
– Вот предатель.
