Глава 18. Шаловливые руки
Я встаю, как богиня из пены морской. Очень неуклюжая и невероятно смущенная богиня, которую всячески соблазняет бессовестный бог. Улыбается еще так провокационно, что у меня уши под волосами краснеют и горят.
— Молчишь? — Виктор проводит мочалкой по моей шее и спускается к груди.
— Мне нечего сказать, — пена пахнет сладко и ненавязчиво.
Он всматривается в глаза и скользит по правому плечу. Хитрый и коварный искуситель скромных девственниц и недотрог.
— В молчании есть своя истина, — намыливает левую руку и приступает к животу, а затем ныряет другой ладонью между ног.
"
"Я распахиваю глаза, а он, скользнув мыльными пальцами между опухших складок, разворачивает спиной и невозмутимо трет лопатки.Спускает к ягодицам, и я ловлю себя на мысли, что хочу его объятий, но он сосредоточенно намыливает бедра. Не успеваю я разочароваться и обвинить себя в том, что я дура, как Виктор опускается в воду и решительно увлекает за собой.
Я в его руках, спиной к груди.
Зачерпывает ладонью воду и смывает пену с шеи и плеч, обжигая ухо горячим дыханием. Запрокидываю голову, чтобы ему было якобы легче меня избавить от мыльных разводов, но я хочу насладиться его близостью. Медленно, как паук, он оплетает меня в кокон ласк и лишает возможности выпутаться из его плена и мыслить здраво.
Поглаживает грудь, прильнув губами к шее. И таю, растекаюсь и теряю последние крохи самообладания. Не было у меня шансов выстоять против Виктора и его опыта. Я не первая, кого он соблазняет, дразнит и приручает.
Годами тренировался, оттачивал навыки, и вот его жертвой стала я.
— Ты был другим… — выдыхаю я, — тогда в клубе. Наглым, агрессивным…
Нет смысла лгать, что тогда в стриптиз-клубе была не я. Это глупо и наивно.
— Я немного перебрал, — смеется Виктор, — но, в принципе , я такой и есть. Наглый и агрессивный, но ты должна меня понять, Кира. Стриптизерша мне попалась очаровательная. И я ни о чем не жалею. Моя погоня за тобой в темноте… ммм… Я бы повторил, но уже с успешным результатом.
— А мне было страшно, — я отстраняюсь и возмущенно оглядываюсь, — и что бы ты со мной сделал, если бы догнал?
Поддается в мою сторону и всматривается в лицо:
— Я не знаю, но надеюсь, что я бы укутал тебя в пиджак, потому что я тогда подумал и о том, что тебе холодно. Тебе было холодно?
— Возможно, — я сглатываю. — Но не в кабинке. В кабинке мне было жарко.
— Мне тоже.
Целует в висок и покидает ванну.
