Когда Юлия Федоровна хотела фыркнуть, ее осадил Алексей Андреевич, ее супруг. Сказал, что он уже не надеялся увидеть невестку, поэтому какая есть, такой и будут рады. Мне до сих пор обидно, пусть ко мне свекры давно прониклись. Вероятно, они ждали принцессу, а получили меня.
— Кира, я только моргнула, — тихо оправдывается Юлия Федоровна и берет на руки Снежу. — Честное слово.
Только моргнула.
В ладони вибрирует телефон. Два сообщения.
Любимый: Какие орлы, а? И сколько в глазах гордости. Люблю.
Игорь: Сугробов не вижу. Где сугробы?
Юлия Федоровна молча ретируется из гостиной со Снежой на руках. В дверях желает мне удачи с двумя снежными демонами, и печально вздыхаю:
— Предлагаю порисовать по снегу, мальчики.
Рома и Даня удивленно переглядываются.
Ждали, что я буду ругаться? Нет, зайчики, у меня план куда коварнее и хитрее. Порисуем по слою муки, насладимся вместе вашей шалостью, а потом вместе будем прогонять из гостиной зиму с тряпками, швабрами и совочками.
Мне потом все равно пришлось вызвать клининг и заказать чистку мебели, однако после того, как Рома и Даня собственноручно сгребали муку в ведерко, они больше в зиму не играли.
— Мне стоило взять тебя замуж сразу в стриптиз-клубе, — Виктор сжимает мою руку.
Лениво покачиваемся в креслах-качалках на веранде под теплыми пледами и созерцаем закат. Тихо, спокойно и уютно.
— Я бы был счастлив на несколько месяцев дольше, — ласково смотрит на меня.
Прикладываю руку к животу, и испуганно шепчу:
— Пинается.
Виктор бледнеет, как в первый раз, встает и опускается между моих ног на колени. Прижимает руки к животу, поднимает взгляд и восторженно улыбается:
— Пинается.
Пробегаю пальцами по его щеке и сладко целую. Мой бесконечно любимый муж, который сдержал обещание и сделал меня счастливой."
