Никаких ночёвок в детской. Никаких отговорок, что тебе надо спать с ребёнком. Никаких увиливаний. Никакого развода. И я все отдам тебе. Все.
Герман сложил руки на груди и посмотрел на меня.
А я оторопела.
Нет. Вы посмотрите как выкрутился. Ведь все просчитал, все приплел. И складно как у него вышло. Но на самом деле выходило, что он просто оплачивал свою измену. Бизнес в обмен на его измену.
— Я хочу ещё условий со своей стороны, — тихо сказала я, чтобы выгадать время. — Самое первое. Любое подозрение в измене и развод состоится, а все договоренности теряют силу.
"
"— Ты думаешь я такой идиот, чтобы сначала обложить себя условиями, а потом пойти махать членом направо и налево? — холодно спросил Герман, приближаясь ко мне. Я отвела лицо и прикусила губы.
— Ну сейчас же ты забыл все договорённости… — медленно произнесла я. — И в горе, и в радости… про верность там что-то в клятве было… Про единственную…
У Германа напряглись все мышцы. Он туго сглотнул, и кадык дёрнулся.
— Я не изменял тебе… — повторил он как заведённый.
— Я не знаю сколько раз мне ещё надо это повторить, чтобы ты поняла это. Да, я оступился. Да, мне было странно, что семья по факту была номинальной, а я был где-то за ее границей. Да… но я не изменял тебе. Я не спал с ней…
— А разве измена это только секс? — спросила я, посмотрев пристально в глаза супругу.
Герман ничего не ответил. Только отвёл глаза и прошёл мимо меня.
Он отвёз как и вчера Мирона в садик. Что-то объяснил охранникам перед выездом, и я вернулась в свою запертую башню снова обдумывать варианты шантажа.
В обед меня набрала Лина.
— Привет, я в кондитерской взяла лавандовый торт, попьём чай? — спросила она таким звонким голосом, что у меня в ушах зазвенело. Я понимала, что сейчас последует подробный рассказ вчерашней вылазки в стан врага, поэтому усмехнувшись, согласилась. Сама пошла на кухню и включила чайник. Вытащила несколько сортов чая и пока грелась вода, решила накрыть стол на террасе.
Лина позвонила снова через двадцать минут:
— А меня охранники не пускают, — сообщила она горестно и я покачала головой.
Мне казалось абонемент на вход в дом у Лины вроде как закрепился.
Я расторопно надела шлёпки и спустилась по деревянным ступеням. Прошла к воротам и постучала в их. Спустя томительное ожидание калитка открылась и хмурый огранщик уточнил:
— Нас о гостях не предупреждали.
— Ну я и сама утром о них не знала. Давайте впустите девушку, а то у меня чай остывает. Вчера же все нормально было.
