- Проходите скорее! - сказала я ему, отступая в сторону. - Почему вы не предупредили, что приедете? Господи! У меня даже нет ничего к столу.
Я засуетилась возле отца Миши, помогла ему снять дублёнку, подала тапочки. Он не отвечал, лишь надсадно дышал - кажется, на то, чтобы переодеться, у свёкра ушли последние силы. А когда я уже собиралась проводить его в гостиную, где он устроился бы на диване, сухие старческие пальцы с силой сжали моё запястье и Евгений Александрович с жаром сказал:
- Сын не знает, что я прилетел к тебе.
А мы, Тоня, в ближайшие часы должны решить, как сделать так, чтобы Миша не разорил мою фирму окончательно. Потому что он совершенно помешался на своей любовнице.
Глава 18
Я инстинктивно высвободила руку. Понимание, что свёкор тоже знал о модели, согревающей постель моего мужа, мгновенно переключило мысли на Мишу и Лию. Остальная информация для меня прозвучала как белый шум.
- Не знал я. Не знал! - верно истолковав мою реакцию, сказал Евгений Александрович. - На днях всё понятно стало, когда сын сам сознался.
Идём, мне присесть нужно.
Я помогла свёкру добраться до гостиной, где мы и устроились на диване. Отец Миши прикрыл глаза и сделал несколько жадных вдохов. Впрочем, совсем скоро перевёл дыхание и вновь заговорил:
- Фирмой моей сын полностью управляет, ты это знаешь. Я целиком доверил всё ему, все документы на полноправные действия у него имеются. У фирмы было много активов - так вот теперь значительная часть их уже переведена на Лию Мыльникову. Знаешь же такую?
Я не удержалась и нервно хохотнула.
Мыльникова? Ну надо же…
- Если вы про Лию Штерн - знаю, конечно. Она модель.
- Прошмандель! - выругался свёкор, что вновь вызвало у меня неуместное желание хихикать.
Евгений Александрович был весьма сдержанным человеком. Интеллигентным. Так что подобные высказывания в адрес Лии было слышать довольно удивительно.
- Нашла она идиота, а он и рад. Из моей компании уже утекло столько всего, что хоть караул кричи. Юристы вот-вот этим займутся, но сначала я с тобой приехал поговорить.
Рассказывай всё, что стряслось за последнее время."
"Я не знала, о чём Миша и его отец говорили накануне прилёта Евгения Александровича, зато понимала иное - свёкру важно слышать именно меня. Он на моей стороне.
И я рассказала - обо всём, что напроисходило за то время, как я утром ехала от врача и попала в ДТП. О ребёнке пока умолчала - эта информация могла стать угрозой, если бы ей довелось попасть не в те руки и не в то время.
