– Н-нет, меня д-два! Что ты г-глупости спрашиваешь?
– Ну, вдруг… – Васёна привычно сбросила кроссовки, сняла куртку и спросила: – Рома, ты можешь со мной поговорить? В смысле – я тебя ни от чего не отрываю?
– Если п-посидишь полчасика, я з-закончу и поболтаем. Т-там немного осталось… – почти виновато сказал Роман.
– Посижу, конечно, ты работай. Или хочешь – я что-нибудь приготовлю?
– Ой, с-сиди ты! – отмахнулся Роман, возвращаясь за ноутбук. – П-приготовит она…"
"Василиса забралась с ногами в кресло у окна, вынула из большой сумки планшет, открыла очередную закладку, вставила наушник и погрузилась в просмотр старой передачи одного из московских телеканалов, где как раз и рассказывалось о деле Бегущего со смертью: одна серия – одна жертва.
Она смотрела этот цикл уже несколько дней, делая перерывы в просмотрах – настолько ей было не по себе после этих программ.
О журналисте Колесникове Васёна, разумеется, много слышала, даже видела пару его современных передач, но он никогда не нравился ей как профессионал – слишком уж много времени в его программах отводилось лично ему, его мнению, а гости являлись как бы дополнением, призванным оттенить свет «звезды».
Васёне при просмотре показалось даже, что Колесникову вообще все равно, кто сидит перед ним в кресле гостя, о чем говорит, – ему важно только то, как он сам выглядит в кадре, как звучит его бархатный голос, какие слова он выбирает для формулировки своего мнения.
– Фу таким быть, – сказала она однажды, когда они смотрели какую-то программу вместе с отцом, и тот машинально отозвался:
– Да, раньше он таким не был.
Скромный мальчик в синей курточке, хоть и из столицы…
Тогда Васёна не придала значения этим словам, а сейчас, когда лицо Колесникова возникло на экране планшета, вдруг вспомнила их и задумалась.
В связи с категоричным требованием прекратить «копаться в этом деле» и оговоркой, демонстрировавшей большую, чем бы он хотел, осведомленность отца, получалось, что Владимир Михайлович давно что-то от нее скрывает.
Возможно, он был знаком с Колесниковым, явившимся сюда снимать серию репортажей, а до этого написавшим большую статью о расследовании дела Бегущего со смертью.
Это показалось Василисе вполне годной версией: отец уже в то время был довольно известен в городе, да и в столичной прессе его статьи и репортажи из горячих точек появлялись нередко, потому молодой репортер Колесников вполне мог обратиться к нему за советом, например, или за помощью.
