Мы возвращаемся обратно в их комнаты и, попрощавшись, я ухожу к себе, чтобы намазать чем-нибудь огромный, безобразный кровоподтек на своей руке. Какая же, все-таки, Раиса ведьма! Такую даже могила не исправит, хотя она в ней уже одной ногой. А я ее еще и жалела… Дура, что еще сказать. Никакого сочувствия она от меня больше не дождется!
Глава 22
Мне так понравился малыш Булата, что я, не удержавшись, решаю зайти к ним с Витой еще и вечером, после ужина. Надеюсь, она не сочтет меня слишком назойливой, но мы вроде неплохо провели время днем до вмешательства Раисы.
Может, ей тоже одиноко в этом доме, как и мне?"
"Охранник, который дежурил у двери в ее комнаты, сейчас отсутствует, что удивляет меня, но коротко постучавшись, я захожу в пустую гостиную и громко зову Виту, не желая бесцеремонно стучаться в ее спальню. Дверь немного приоткрывается, но Вита не выходит и никак не отвечает на мой зов, так что я растерянно стою, не зная, как реагировать.
А потом, внезапно, раздается тихий приглушенный писк, который заставляет меня насторожиться, после чего дверь в ее спальню открывается настежь и я не могу сдержать шокированный вскрик от представшей передо мной картины.
– Джалал!
Да, это он. Еще более массивный, чем я запомнила. Взгляд дикий, лицо заросло густой и длинной бородой, да и волосы куда длиннее, чем я привыкла видеть. Сейчас передо мной не мой муж, а какой-то страшный бандит, ведь он держит в заложниках Виту, связав ей руки и рот.
Я замечаю блеск стали в его руке, понимая, что это нож. Неужели он способен хладнокровно убить женщину?
Судя по яростному выражению его лица, когда он смотрит на меня, то да, способен.
Я с отчаянием оглядываюсь на дверь, за которой должен стоять охранник, надеясь, что он вернулся на пост, но разве то, что он его вообще покинул, не подозрительно? Неужели Джалал убрал его с дороги?
Страх и паника – все, что я чувствую, глядя на решительно приближающегося ко мне мужа.
В нем не осталось ничего знакомого, это словно другой человек.
– Ты идешь со мной, – зло говорит Джалал, грозно надвигаясь на меня и грубо хватая за предплечье.
От прикосновения кожа к коже по телу пробегает знакомая дрожь и я с отчаянием прикрываю веки, надеясь сдержать глупые слезы.
– Джалал, пожалуйста! – искренне умоляю его в память о мужчине, которого любила.
