Что ж там за сокровища такие хранятся?! А что, если пожар? Мы даже спасти ничего не сможем!"
"От удара старика, раскровившего ему голову, папаша Якобс обзавелся синяком на пол лица. Это придало ему грозный и зловещий вид. Но в целом, как будто, папаша Якобс чувствовал себя неплохо.
— В город поеду, — сурово сообщил он нам, делая глоток самогона из своей драгоценной бутыли — да, да, он не осилил весь первак! — Пойду к Гензелю, узнаю, сколько он возьмет с меня за поездку. А ты сходи, еще возьми мне самогона в дорогу, — он кинул Карлу пару монеток.
— Да смотри, чтоб был такой же отменный, как этот! Другого я не буду покупать, так этому старому пердуну и скажи! И за ней вон приглядывай, чтоб работала хорошо!
И отправился по делам.
Карл после его ухода шумно, с облегчением, выдохнул и неожиданно кинул на пол и метлу, и ведро. Какая перемена, однако!
— И что это значит? — осторожно спросила я.
— Отец уедет надолго, — ответил довольный Карл.
— За крупами, за картошкой. Как раз время подошло, а тут и деньги внезапно на голову свалились. Так что нам повезло. Никто не будет раздавать затрещин и орать.
— Надолго — это насколько? — уточнила я.
— На три дня, — ответил Карл, довольный. — Эх, если б еще дождь!.. Тогда застрянут на все пять.
— На целых пять дней? — изумилась я, чувствуя, как в груди моей загорается огонек надежды.
— Ну да. Дорога-то до города не очень. Ее размывает сильно у самого выезда у гор.
Если дождь сильный, то лучше переждать пару дней, чтоб вода ушла. Не то повозку смоет и утащит в долину. А на ней, поди, груза и товаров полно будет! Эх, вот если б дождь! А уж если ливень, то неделю его не жди!
Ну, а что?
Вполне возможно. Дождь весной – дело обычное…
— Отдохнем, — мечтал Карл, — выспимся. И бить никто не будет…
— Или, наоборот, напряжемся?! — воскликнула я. — Карл, ты понимаешь, что это наш шанс заработать как следует?!
— Чего? — удивился он.
— Ну, папаша твой уедет, — сказала я. — Мы одни останемся! Кто нам помешает достать из шкафа все, что угодно?! Вот и устроим праздник, с пивом, с музыкой и с угощением! Вся выручка наша! Папаше твоему только отдадим то, что за супы выручим.
— А-а-а! — протянул Карл.
Эта мысль немного его приободрила. Но особого вдохновения на его лице я не видела.
— Выручка, разумеется, пополам, — продолжила я. — И еды, разумеется, вволю.
