А папаша Якобс внезапно повеселел.
— Хы-хы-хы, — рассмеялся он, рассматривая то, что было зажато в его руке.
Вместе с тканью сюртука он вырвал у старика и карман. В нем оказался кошелек, набитый медяками. Убытки и легкие телесные окупились с лихвой.
— Молодец, девка, — сурово похвали меня Якобс. — Не отдала хозяйского добра ворью!
Он почесал побитое темя и застонал. Видимо, удар был все же нешуточный. Папаша Якобс все никак не мог подняться, и нам с Карлом пришлось тащит его наверх под руки.
Там он повалился на свою кровать, прижимая к сердцу добытый в драке кошелек. Ему сделалось худо, и пришлось делать примочки из самогона и теплой воды.
А он метался и стонал, словно и в самом деле помирал.
Но денег из рук не выпускал.
Жуть!
Через полчаса, вроде, ему стало получше. И он прогнал нас, хлебнув как следует самогона и громко захрапев.
Мы с Карлом перевели дух и переглянулись.
— Ну, — произнес он. — Теперь идем кормить ужином лесорубов!
Глава 6.
Праздник непослушания
К нашему с Карлом счастью, папаша Якобс не понял, что вместо чечевицы подавали гороховый суп. Да и бой у него отнял много сил. И, залив свою боль алкоголем, он отлично вздремнул, пока мы с Карлом продавали наш чудесный суп с горохом и копченостями.
Гороха мы не пожалели, мясо нарезали небольшими кусками, так что хватило всем. И все были сыты и довольны. Ну, и заработали мы немало, что уж.
Папаша Якобс все же унюхал копчености. Вечером спустился посмотреть, что это мы тут готовим.
Но я уже отмыла котел, остатки костей уволок с собой побитый им старик. А горохового супа не осталось ни ложки.
— Чем это так пахнет? — подозрительно спрашивал Якобс, тычась во все горшки. — Как будто копченым?
— Лук немного подгорел, — соврала я. Получила, конечно, затрещину. Ай, больно!
Но денежки, наши честно заработанные денежки при нас остались!
Карл же придумал интересный тайник.
Один из камней в кладке на кухне отходил.
Мы его вынули и в пространстве за ним установили небольшой горшок. В него положили наши сбережения и снова заложили камнем. А чтоб папаша Якобс не догадался, Карл замазал щели известняком.
Начало было положено!
Бой же папаши Якобса и завладение чужим кошельком имел неожиданное последствие.
На следующее утро, чуть свет, он встал и спустился вниз.
Я слышала, как он долго колупается в своем замке, запирая дверь от нас.
