— Теперь ты принцесса, — подсказал он. — А через час станешь королевой.
— Ох, Феланор, — проворчала я. — Как же волнуюсь!
— Не переживай. Это, конечно, ответственность. Но что-то мне говорит, что подданным ты уже нравишься!
В качестве свадебного подарка Карл преподнес мне белые шелковые туфли. На этот раз они были мне впору, и новые.
— Набойки на них набил сам Бъёрн! — подсказал наш верный привратник, когда я туфли примерила. — Это, считай, подарок ото всех нас. Ты увидишь его в толпе. Он очень волнуется, понравятся ли тебе эти туфли, поэтому помаши его, чтоб ободрить.
— Конечно, — ответила я тихо и радостно.
И вот в назначенный час мы с Феланором рука об руку вышли на дворцовый балкон, к ожидающим нас жителям Белого Города. Я, сверкающая, словно стрекоза, и он — светлый принц Белого Города, в белых одеждах, шитых серебром и золотом!
Старый друид, похожий на лешего, в зеленых одеждах, соединил наши руки, связал их стеблями цветов. И мы проговорили слова клятв верности друг другу.
И тогда над дворцом взошла радуга, и взлетели в небо сотни тысяч белых бабочек.
Феланор сказал — это необычный, но добрый знак.
Почти как снег летом.
Мы стали королем и королевой Белого Города.
И, с замиранием сердца приветствуя своих подданных, я отыскала в толпе Бъёрна и Тильду, и помахала им рукой.
И они радостно махали мне. Тильда даже подскакивала от радости. Ведь она и не мечтала стать гостьей эльфийского города, да еще и лично приглашенной королевой.
Праздник закатили просто невероятный!
Угощения было так много, что хватило на всех. И дичи, и вина, и сладостей. Но главным украшением стола оказался мой торт. Мой прощальный торт — потому что с моей профессией поварихи я, увы, прощалась.
Его резали на маленькие кусочки, чтоб могли попробовать все желающие.
И многим он показался самым вкусным, что только приходилось пробовать за всю жизнь!
А рецепт… рецепт теперь знал только Карл и его верная команда поварят.
Что до Якобса…
Ох, уж этот Якобс!
Конечно, его ловили. Поговаривают, что в разных частях города его видели, когда он нежился на солнышке, развалившись в кустах шиповника. Но отловить его никак не удавалось. Он был ловкий, как черт. И таинственным образом исчезал всякий раз, когда стража к нему подкрадывалась и начинала окружать со всех сторон.
Управы на него не было!
Но в каждом городе, думаю, найдутся один-два беспокойных недобрых призрака.
