— Смотрите! — повторил он радостно. — Это втрое больше того, чем мы потратили! Это окупит и дрова, и крупу, и…
Но его радостную речь прервала звонкая и безжалостная оплеуха.
Старик, словно змея, кинулся вперед. Он выхватил эти несчастные гроши из руки мальчишки и ударил его. Да так, что Карл вскрикнул и покатился по полу.
— За что бьёте!? — закричала я, кинувшись к рыдающему Карлу.
И тоже получила затрещину, да такую, что в ушах зазвенело.
— За что?! — прошептала я, обнаружив, что сижу в куче золы, а лицо мое пылает и ноет от боли.
— Как вы посмели! — проревел папаша Якобс, жадными руками перебирая медяки так, словно это алмазы чистейшей воды. — Вы!.. Вы обворовали меня!.. Вы забрались ко мне в комнату и украли мои деньги! И у вас наглости хватает говорить, что вы заработали их!..
— Но мы их заработали! — заводясь, выкрикнула я.
— Замолчи, гадкая девчонка! — задушено просипел папаша Якобс, потрясая пальцем у моего носа. — Замолчи! Вы украли! Нет, это не он, — папаша с презрением глянул на собственного сына и ткнул его в бок тяжелым башмаком.
— У этого ничтожества не хватило б ума и наглости. Это ты, мерзкая девчонка!
— Я?!
— Ты, ты! На базаре о тебе говорили много всякой гадости, — Якобс мерзко захихикал. — Ты думала, я не слышал?! Грязная воровка! Да я тебя в печи запру и испеку до румяной корочки!
— Что?!"
"— До смерти засеку! — шипел этот садист, надвигаясь на меня. Его красная рожа так и тряслась от злости. — Ты что, думаешь, я просто так потратил пару серебряных?! Это ты меня кормить должна, а не наоборот! Думала поживиться в моих карманах?! Думала, тебе сойдет с рук твое воровство?!
Он ухватил нож со стола и ткнул им в мою сторону.
— Я вам сейчас пальцы отрублю! — прорычал он. — Чтоб не смели трогать моих денег!
— Мы не крали, — рыдал Карл. Его радость улетучилась, и у меня сердце сжалось от боли — сколько ж отчаяния было в его плаче! — Вы же заперлись на замок, отец… Как бы мы вошли?!
Этот аргумент отрезвил размахивающего кулаками папашу Якобса.
Не знаю, что там у него за замок, но, видимо, хозяин таверны думал, что таким двум недотепам его отпереть не под силу.
— Хм, хм, — пробормотал он, поглаживая небритый щетинистый подбородок. — В самом деле… Хм, хм…
Он еще раз глянул на медяки в его руке, понимая, что они действительно заработаны. И заработок действительно хорош.
Откинул нож на стол и поскреб в плешивой голове.
— Заработали?! Столько?!
Я перевела дух. Наверное, я ожидала еще и того, что хозяин извинится.
