И на фоне этой потрясающей и завораживающей черноты я вспыхивала словно яркая луна.
Феланор тоже был облачен с головы до ног в черное.
Потрясающий в своих красоте и мрачности, он сидел на золоченом троне из черного дерева, и важно кивал гостям.
Катарина была рядом.
Но!
Она стояла по его левую руку, вместе с другими придворными. Ни о каком троне для нее и речи не шло. И Феланор совершенно не расстраивался от того, что выражение лица его невесты было совсем не радостным.
Да он вообще не смотрел на нее!
Она была наряжена в пух и прах, но при этом выглядела как дорогая кукла, которую поставили на каминную полку и забыли.
А она стоит там и покрывается копотью.
Лицо у нее было надменное, она то и дел гордо задирала подбородок, посматривая на придворных.
Но, кажется, никому дела не было до ее победы.
Ее толкали, проходя мимо, не замечали, словно она была предметом, частью обстановки.
И тогда губы ее предательски дрожали.
Она была невестой принца, да.
Но, кажется, принц разучился любить…
Прекрасный и холодный, он смотрел на всех свысока и в его глазах не было ни тепла, ни симпатии.
«Ужас, что она натворила! — так и ахнула я про себя. — Разумеется, она наказана. Она даже не может похвастаться, что принц на нее смотрит. И обращает внимание. Кажется, он только золотыми побрякушками интересуется. И тут бы мне позлорадствовать, но нет. Кажется, мы все в этой ситуации. Внимания он не обращает ни на кого. Никто ему не нужен, кроме золота и богатств».
Но я, кажется, сумела обратить на себя его внимание.
Может, оттого что мое платье сверкало среди бархатной черноты, как звезда.
А может, потому, что я была красивая?..
Но, так или иначе, а увидев меня, он вдруг встал со своего трона. И придворные ахнули.
Они все были одеты в темное, кто в зеленое, кто в черное или коричневое, чтоб угодить принцу. А тут — ослепительно-белое платье с радужными переливами, словно прозрачные трепещущие крылья стркозы…
А Катарина чуть ли не заметалась, увидев, что желанная добыча ускользает из ее когтей.
Даже очарованный, принц все равно не принадлежал ей. И тянулся к другой, не к ней.
Это был первый жест внимания со стороны принца за последнее время.
— Доброй ночи, Ваше Высочество! — произнесла я, склонившись перед принцем.
— Доброй, — ответил Феланор, осматривая меня с головы до ног. — Какой необычный… наряд. Что-то он мне напоминает.
У меня сердце сжалось от боли.
«Напоминает солнце и светлый день, которых ты уже давно не видел?» — подумала я.
