И только когда Адам начинает говорить, я понимаю, что совсем забыла о…
– Ты плакала? – кивает и указательным пальцем обводит овал вокруг своего лица. – У тебя тушь размазалась.
Чуть задираю нос кверху, чтобы собрать остатки уверенности. Отвечаю, словно ничего странного в этом нет:
– От дождя потекла, – мгновенно нахожусь с ответом. Адам мне никто, чтобы открывать ему душу.
– Дождя ещё не было.
– Здесь не было, в другом районе – был.
Цепким взглядом мужчина скользит вдоль моей фигуры, задерживаясь на месте, где треснула ткань.
Я тут же запахиваю плащ и плотно завязываю пояс.
– Что случилось? – челюсть его каменеет, а в глазах появляется опасный блеск.
– Ничего. Все в порядке.
– Он тебя обидел? – тихо допытывается. Язык не поворачивается сказать «нет». – У тебя платье порвано.
– Случайно зацепилась за ветку.
– Юля. Если что-то не так, то ты можешь мне рассказать.
Этот разговор выжимает из меня последние силы. Меня словно асфальтоукладочным катком переехали.
– У меня все в порядке.
Адам, я не хочу показаться грубой, но… зачем ты приехал?
Капельки дождя уже оставляют на асфальте редкие следы.
Но Адам все не отвечает. Молчит. И смотрит на меня, а я не могу отвернуться: что-то манит меня в его глазах, как и раньше, только раньше это были дерзость, легкость, развязность, а теперь – что-то совершенно иное. Глубокое. Скрытое. Такое, что не разглядеть, не понять, не прочувствовать.
– Я сам не понимаю, – переносит вес тела на правую ногу. От произнесенных слов пробирает дрожь, я закусываю нижнюю губу.
Мужчина прячет руки в карманы. Нервничает? – Тянет к вам. Просто сел в машину и приехал, припарковался у подъезда, – да, действительно, в нескольких шагах стоит его броский Порше, как это я не заметила. Адам поджимает губы на секунду и с нажимом выдавливает: – Мне так хорошо рядом с вами. Нигде больше быть не хочется.
– Приезжай завтра. Можете погулять с Аней во дворе, она любит, – понятия не имею, как у меня получается спокойно говорить, потому как внутри – обугленные стены.
Так горько. Это просто не передать. Я все делаю неправильно. Мне бы только немножко прийти в себя, по-настоящему, и вычеркнуть все, что мешает дышать полной грудью. Кажется, пришло время потянуть за ниточку… – Только недолго. А сейчас время позднее, она уже спит.
– Мне это и так известно, – раздается твёрдое замечание.
Отвожу в сторону взгляд. Не выдерживаю. Не понимаю, чего он от меня хочет.
