Она выгибается навстречу его движениям, шире раздвигает ноги, громче стонет, трогает его тоже… До конца это действо представить сил нет."
"Но потом он придет ко мне и этими самыми губами и руками начнет делать со мной тоже самое. К горлу подкатывает тошнота. Особенно, от того, что он именно так и делал. Долго. А я и не знала. Верила. Дуррраааа.
Как не заразил чем-нибудь. А может и заразил? Провериться надо.
Усмехаюсь. Кончики ушей начинают гореть. Дожила ты, Наталь Васильевна. Дожила… Помощник прокурора областной прокуратуры идет на прием в кожвендиспансер.
Эта мысль, как ни странно притупляет боль. На ее место приходят раздражение, злость, ненависть. Ладно, Макар сам в этой грязи захотел барахтаться. Зачем меня потащил? Развелся бы, раз надоела…
И на смену тоске, от которой хочется выть и лезть на стены, приходят вполне прозаические мысли. Не знаю, как живут другие. И пусть себе живут. Это не для меня все. Все вот это, в нормальности чего меня пытался убедить муж. Выход один — развод. Но не сию секунду.
Я слишком доверяла, однако я не из тех, кто будет довольствоваться манной небесной. Мне еще трех детей поднимать. Да и наверх Макар забрался с моей помощью. Так что уйти и гордо все оставить молодой любовнице, это верх глупости.
Меня устроит справедливый раздел имущества. И тут же проскакивает мысль, а есть ли, что делить? На кого записан строительный бизнес мужа? Дом, в котором мы живем. Деньги на счетах. Столько вопросов, вполне приземленных, которые я себе не задавала. Теперь мне их придется задать.
И себе. И другим людям. Не Макару. Нет. Надеяться на честность лжеца, так себе аттракцион. На нем я кататься не буду. Я уже на одном прокатилась. Любовь и верность, называется.
Макар был прав только в одном, когда со мной разговаривал. В том, что я — умная. Теперь еще и без иллюзий. Я в курсе дел своего мужа. С тех пор, как он начал подниматься, я всегда была за его спиной. Со мной он обсуждал проекты, советовался по поводу скользких вопросов, просил проверить новых партнеров. Да много чего разного.
Я очень много знаю. Настолько много, что не позволю выкинуть меня на улицу в одних трусах. Пусть и в брендовых.
О чем я думаю вообще? Неужели Макар так просто превратится в моего врага?
Не знаю. Но роль бесхребетной овцы — она не для меня.
Начинает рассветать. Я во дворе всю ночь просидела, время от времени вынося очередную чашку чая.
Пора собираться на работу. Жизнь продолжается.
Душ, кофе. Горький, без сахара. Тщательный макияж, безупречная одежда.
