— Да, хочу и себя побаловать, и гостей.
— Дров еще наколоть?
Отец усмехается.
— Ну, помаши топориком, сынок. Голову проветри.
Я иду в дом, переодеваюсь.
Когда возвращаюсь, отец садится на плетенный стул, пьет чай и наблюдает за тем, как я колю дрова. С похмелья самое то.
Наколов достаточно, подхожу к столу, осушаю одним махом полбутылки воды.
— Перегаром от тебя разит за версту, — делает очередное замечание отец, — Так всё плохо, что ты решил спиться?
Хмурюсь.
— Это корейцы, будь они не ладны.
— Ну да, ну да.
Марк, я обещал, конечно, не вмешиваться, но одно тебе скажу — не жди, что будет легко. Не будет.
На этой многозначительной фразе нас прерывает появление Щербаковых. Дальше все идет само собой, и я незаметно расслабляюсь, забываю о проблемах, так как будто мне — двадцать.
Майя — легкая, веселая. Но умная и хорошо образованная. Помогает накрывать на стол, а потом убрать с него. Непринужденно рассказывает истории из студенческой жизни. Делает это к месту и не перебарщивает.
Отец все время бросает на меня многозначительные взгляды, всем своим видом говоря: ""Ну, как оно, сынок? Сравни…""
Потом девушка вызывается испечь грушевый пирог к чаю.
Посторонних в доме никого. Отец именно так любит отдыхать. Чтобы ни охраны, ни обслуживающего персонала. Меня отряжают помогать Майе на кухне. Моя помощь сводится больше к тому, что я показываю ей, где и что лежит.
В какой-то момент она оказывается слишком близко и тянется ко мне. От нее веет молодостью, красотой, свежестью.
Только вот… Я вижу перед собой другое лицо. И в мыслях у меня совсем другая женщина.
— Май, — бережно удерживаю ее за плечи. Яснее ясного, что она рассчитывала, что я ее поцелую, — Я не свободен…
— Но я думала… — она опускает глаза вниз. Ресницы нерешительно подрагивают, — Марк, ты мне очень нравишься!
Это она говорит, уже подняв взгляд на меня. И очень уверенно.
— И не думай, это не из-за того, что наши родители дружат. Это уже давно… Марк, зачем она тебе? Она тебе не подходит…
Всякое очарование пропадает мгновенно.
Насколько искренна эта девушка? Или так хотят ее родители?
— Майя, не надо… — останавливаю её.
Я разворачиваюсь и ухожу с кухни. Снова иду в сад. На этот раз в самый дальний угол, усаживаюсь там на лавку и сижу до сумерек.
Слышу позади себя шаги.
— Можешь вылезать из укрытия. Твоей невинности ничего не угрожает. Девчонка вся зареванная уехала. Что ты ей сказал?
В этот миг до меня доходит простая вещь. Но очень важная.
