— А что там говорить? Думаешь, не стыдно? — мужчины и женщины так по-разному всё воспринимают.
— Лий... - произносит он негромко, а я плечами передёргиваю.
Я впадаю в другую крайность — я не знаю, кто я, и что со мной, чувствую лишь, что всё не в порядке, но что с этим делать не знаю. Как противостоять Кабирину, тоже не знаю. Вернее, знаю — никак. Если сейчас сделаю, как надо, как правильно, то он же меня и размажет. Да и прав он в чем-то — я не сопротивлялась. Мне факт изнасилования даже доказать нечем. Любой толковый адвокат меня разотрет в суде в порошок.
Хотя какой суд? У меня и заявление, скорее всего, не примут.
Под такие мысли и собираюсь. И в клинику меня везёт Захар. В его машине еще раз понимаю, как смешны с его стороны мои потуги отстоять себя.
Хотя... Не похоже, что ему весело.
В клинике передаёт меня врачам. Как я и предполагаю, телесных повреждений у меня никаких нет, но осматривают меня тщательно — на совесть.
Под конец я оказываюсь в кабинете милой женщины.
— Здравствуйте, Лия Сергеевна.
Я — психолог. Зовут меня Галина Аркадьевна. Не против, если мы немного пообщаемся?
Женщина выглядит доброжелательной, но... Я чувствую какое-то отторжение. Я не хочу быть в этом кабинете. Физически со мной всё в порядке, а с душой со своей я сама как-то разберусь. Если не в полиции, то нигде больше я о том, что со мной случилось, рассказывать не хочу.
— Я против! — звучит истерично, но мне уже всё равно.
Я хочу домой! Ведь больничный мне действительно открыли. На неделю. Из-за отравления.
— Лия Сергеевна... - участливо произносит психолог, — сейчас мы с вами пообщаемся и...
— Вы меня не слышите? Я не собираюсь с вами общаться!
— Лия Сергеевна... - психолог встаёт из-за стола и направляется в мою сторону.
— Я ухожу! — заявляю я.
И спиной натыкаюсь на Кабирина. Когда он успел зайти?
— Захар Матвеевич, Лия Сергеевна отказывается общаться и...
— Ничего страшного. В другой раз.
Я выныриваю мимо него в коридор, обхватываю себя руками.
— Я домой хочу, — потому что чувствую, как он, переговорив с психологом, вышел и стоит теперь за моей спиной, — Отвозить меня не нужно.
Такси вызову.
— Нет, — всего одно слово, и оно такое же, как всегда, — Я тебя отвезу. Нечего шарахаться.
Спорить бесполезно. Но в машине, не глядя на меня, Кабирин меня успокаивает:
— Я тебя домой отвезу и уйду.
Киваю на его слова. Такой расклад меня полностью устраивает. Мне нужно освободиться от его присутствия и от его давления, потому что в голове у меня каша.
