И определённый дискомфорт в паху...
— Здравствуйте! — училка подходит ко мне и протягивает тонкую ладошку с аккуратно постриженными ноготочками, покрытыми бесцветным лаком.
Я привстаю и пожимаю её. Это ошибка... Не надо было этого делать. Во-первых, я чувствую, как от неё пахнет — легко, ненавязчиво и это пробуждает голод. Сожрать бы её..
Во-вторых, от простого соприкосновения наших рук меня прошивает диким импульсом возбуждения. Хочется притянуть её за руку к себе ближе и попробовать эту губы на вкус.
Странная реакция, которую я торможу. И выпускаю ладошку училки из своих пальцев. Выпускаю с явным сожалением.
Сколько ей лет? Потом вспоминаю слова своего сына и начинаю соображать, правду он мне говорил или нет? Кирилл — совершеннолетний. Девка — молодая. Может, действительно хочет так свою жизнь устроить?!
— Захар Матвеевич, — начинает она говорить, — Юрий Семёнович, скорее всего, уже рассказал вам о происшествии в эту субботу. Но... проблема на самом деле гораздо глубже.
Кириллу нужна помощь психолога...
Вот тут заставляю себя прислушаться к её словам, а не к собственным мыслям.
— Что вы этим хотите сказать? — уточняю.
— У Кирилла явные проблемы с отношением к окружающим его людям. Я сейчас не про себя. Он так ко всем относится. Он напрочь лишен сочувствия и способности сопереживать. Ему нравится делать другим людям больно.
Эти слова возвращают мне то состояние, в котором я сюда приехал.
— Вы, что, пытаетесь мне сказать, что мой сын — псих? Или, может, это вы глаз положили на богатенького мальчика? — говорю, что думаю.
Глава 5
Лия
После такого высказывания этого Захара Матвеевича меня затапливает искреннее, тотальное возмущение. Возможно, тут свою роль сыграл и его взгляд, которым он шарил по моему телу. Так, как будто имел на это право. Не знаю уж, что ему его сынок наговорил, но и он от него, совершенно очевидно, недалеко ушёл. От осинок не родятся апельсинки..."
"Никак воздействовать на своего драгоценного Кирилла этот человек не будет.
И вот это всё безобразие продолжится.
И я издаю смешок. Скорее, истерический. И позволяю ляпнуть правду.
— Знаете, я даже представить не могу, сколько мне нужно было бы дать денег, чтобы я связалась с таким неадекватом, как ваш сын. Тем более, в плане личных отношений...
В кабинете воцаряется тишина. Две пары глаз испепеляют меня, но мне уже всё равно. Работу-то я стопроцентно потеряла.
Значит, можно не скромничать.
